– Не, ну а вдруг скажут, мол, мы чё-то не то делали или недоглядели, не выяснили?
– Сказать можно что угодно. Но вряд ли. Они же не проверять нас приехали, а дело делать. Расслабься.
Лыков закивал и вздохнул.
– Женщина эта, Максимова, уж больно мнит из себя, вам не показалось? Столько вопросов задаёт, прям раздражает! – продолжил он через секунду.
– По делу вроде всё было-то.
– Не знаю… – Лыков недовольно отвернулся. – Бесят меня они, Егор Михалыч, не могу прям!
Карлов, нахмурившись, посмотрел на старшего лейтенанта.
– Петь, слушай, ты давай возьми себя в руки. Чё гундишь и причитаешь второй день, как бабка старая?! Меня скоро ты бесить уже будешь!
Лыков сжал челюсти и промолчал. Он понимал: у Карлова нет иного выхода, как сотрудничать с москвичами, но был уверен: капитан полностью разделяет его неприязнь к гостям, просто не желает признаваться. Ну и ладно. Скоро Егор Михайлович поймёт, как его подчинённый прав и сколько проблем от этих столичных следователей.
Пётр поправил шапку и уставился на двери гостиницы. После армии он, не раздумывая, решил связать свою жизнь с правоохранительными органами, грезив о карьере следователя. Обучение, накопление опыта и знаний привели его в отдел к Карлову, и там он почувствовал, что его жизнь наконец-то обрела желаемое направление. Ему нравился сам процесс расследования: выезды на места происшествий, общение со свидетелями, кропотливый анализ улик. Пётр ни разу не усомнился в правильности своего выбора. Однако вспыльчивость и склонность к раздражительности всегда мешали держать эмоции под контролем. Эти черты характера не раз ставили его в неловкое положение как в юности, так и теперь, на службе, из-за чего не удавалось сразу увидеть полную картину преступления и выдвинуть верные версии. И вот сейчас, стоя перед дверями гостиницы, Лыков испытывал знакомое напряжение. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Нервозность могла сыграть с ним злую шутку, заставив действовать необдуманно, но опыт научил его сдерживаться, прежде чем действовать.
Из здания гостиницы вышли Саблин, Максимова и Синицын. Они тоже утеплились: майор застегнул пальто на все пуговицы и завязал вокруг шеи тёмный шарф, а Дина и Саша, как и Лыков, надели шапки и перчатки.
Команда подошла к ожидающим их офицерам.
– Доброе утро, – произнёс майор, протягивая руку Карлову. Получив ответное рукопожатие, он поздоровался с Лыковым. Синицын повторил за следователем процедуру приветствия, и все загрузились в машину.
– Внушительный у вас автомобиль, – отметил Саблин, рассматривая прочную и лаконичную отделку салона.
Карлов усмехнулся.
– Да, только на таком и можно сейчас за городом проехать. Дожди размыли дороги, сплошная каша. На обычных седанах в некоторых местах завязнешь, а этот вездеход справится.
– Егор Михайлович, – начала Дина, – мы вчера выяснили, Можаев ездил в какой-то торговый центр. Вы там были?
– Да… э-э-э… – откликнулся Карлов с переднего пассажирского сидения. Он взглянул на старшего лейтенанта и запнулся, не зная её имени.
– Дина, – подсказала Максимова, уловив причину заминки капитана.
– Спасибо. Да, да, Дина, это тоже прорабатывали. Администратор в гостинице сообщил нам адрес, куда намеревался сходить Можаев. Мы там побывали. Однако это не совсем центр, скорее торговые павильоны с магазинами и офисами. Они, кстати, находятся поблизости с одним из исторических объектов нашего города – купеческими торговыми рядами, но в данный момент там проходит реконструкция.
Максимова и Саблин переглянулись.
– Возможно, Можаев как раз планировал принять участие в восстановлении этого объекта? – предположила Дина.
– Не думаю, – покачал головой Карлов. – Реконструкцией занимаются городские власти, вряд ли они стали бы приглашать частного подрядчика. Но, как я и сказал, ничего, что могло бы быть связано с делом, там не обнаружено. Хотите посмотреть?
– Хотим, – быстро согласился Саблин.
Лыков завёл двигатель, и УАЗ тронулся с места, начиная движение. Торговые ряды действительно оказались недалеко. Буквально через десять минут машина остановилась у одноэтажного бледно-розового здания. Его крытые галереи с арочными потолками тянулись вдоль улицы, но время не пощадило исторический объект: стены были испещрены трещинами, а кое-где виднелись строительные леса, поддерживающие обрушенные участки. Здание выглядело одиноким и заброшенным. Напротив пестрели свежей краской современные домики, плотно прижавшиеся друг к другу.
Следователи вышли из машины.
– Вот сюда и приезжал Можаев, – пояснил Карлов, указывая на старое здание. – Но тут делать нечего. Наверное, его интересовало что-то иное, – он кивнул в сторону новых построек.