– И когда начнётся реставрация?
– Если утвердят, то, полагаю, через пару недель. Ждать нельзя, впереди зима, некоторые работы надо успеть завершить до холодов.
– А что планируется здесь сделать?
– Музей, – Мавританов протянул стакан Вето́шкину, который тут же его наполнил. С каждым глотком руководитель проекта становился всё более разговорчивым и доброжелательным. Саблин заметил, как от былой раздражительности Сергея ничего не осталось и он, похоже, даже начинал получать удовольствие от общения с окружающими.
– Планов много, но увидим, получится ли? Усадьба красивая, из неё можно сделать хорошее место для отдыха с кафе или рестораном.
В комнату вернулся Жуков с горячим супом «Доширак». Максимова обрадованно вскочила с места, приняла еду и, вернувшись к камину, приступила к трапезе.
– А не страшно вам здесь было жить целую неделю? – обратился Саблин к Жукову. – Мы вчера ездили в деревню, недалеко отсюда находится, там рассказали историю про Тере́шку. Он вроде жил в этой усадьбе.
Мавританов рассмеялся.
– Слышал о нём. Обожаю подобные сказочки! Наш народ любит их придумывать, а потом пугать себя и всех вокруг!
– Сказки или не сказки, – серьёзным тоном произнёс Кузнецов, – но пару дней назад, до начала дождей, мы с Игорем жили в палатках, на улице, и видели вечером свет в усадьбе.
– Да, – подтвердил Жуков, усаживаясь рядом с Арсением. – В башне, на самом верху, где был кабинет барина.
Максимова перестала есть и многозначительно посмотрела на Саблина.
– И чего? – усмехнулся Мавританов. – Ну, свет, а дальше?
– А то, Сергей, что электричество в башню не проведено.
– Вы проверили её? – спросила Дина.
– Конечно, – кивнул Жуков. – Но не в тот же вечер, – он замолчал на секунду. – Я хоть и не верю во всякое такое, но как-то побоялся, если честно. А на следующий день мы поднялись туда. Ничего не обнаружили.
– Вот! – Мавританов подошёл к камину. – О том и речь! Вам показалось.
– А кто-то мог незаметно проникнуть в усадьбу? – уточнил Саблин.
Вопрос майора повис в тишине. Все присутствующие, казалось, ожидали ответа, глядя на Жукова, с недоумением уставившегося на Саблина.
– Да нет, – нахмурившись, сказал Игорь, а затем бодро улыбнулся, видя тревогу на лицах присутствующих. – Здесь однозначно больше никого нет, иначе мы бы знали.
Вето́шкин налил себе ещё коньяка в стаканчик и выпил. Саблин выбросил окурок и закрыл окно. В этот момент раздался громкий женский крик.
Глава 27. Тверская область. Среда. 16.35
Напряжение пронзило воздух. Присутствующие в каминном зале испуганно переглянулись. На секунду повисла гнетущая тишина, а затем все, словно по команде, вскочили и ринулись в столовую, а оттуда через холл и приёмную в библиотеку. Там, посреди комнаты, застыла Левашова, её взгляд, полный ужаса, мгновенно впился в Саблина, который первым ворвался внутрь. Дрожащей рукой она указывала на пол, где у стены лежало что-то круглое, покрытое пылью. Саблин приблизился, наклонился и замер: перед ним лежал человеческий череп.
Глаза Левашовой ещё больше расширились, и она прошептала едва слышно:
– Я… я сидела на подоконнике, читала. Закладка выпала, я нагнулась поднять и тут заметила в углу… Освещение плохое, я подошла ближе, посветила телефоном и увидела это… – её голос срывался, дыхание участилось. Лидия достала из кармана таблетки и проглотила одну.
– Дина! – крикнул Саблин.
Максимова уже спешила к нему, держа в руках пакет для улик и нитриловые перчатки. Майор быстро надел их и осторожно поднял череп, ощущая его холодную шершавую поверхность. Кость была пожелтевшей, в глазницах зияла пустота.
Участники проекта реконструкции усадьбы, стоявшие за спиной следователя, замерли в молчании, лица присутствующих отражали смесь страха и любопытства.
– Он… человеческий? – нарушил тишину Мавританов, поправляя очки.
– Более чем, – ответил Саблин, не отрывая взгляда от черепа. – Никто раньше его не замечал?
– Какой ужас! – воскликнула Ирма, прижав ладони к губам.
– Мы по углам не смотрели, – заговорил Жуков. – В основном изучали стены, каркас здания, размеры сверяли. На полу куча мусора валяется, ничего не убирали, до этих работ ещё далеко. Но череп… не видели.
Саблин аккуратно поместил находку в пакет для улик.
– Что здесь делает череп? – тихо спросила Ирма. – А вдруг тут произошло убийство?
– Ерунда! – возразил Вето́шкин. – В этой усадьбе чего только не было раньше! И детдом, и лагерь военнопленных после войны. Мало ли кто тут умер.