Сердце Дины забилось быстрее. Она прислушалась, пытаясь уловить повторения звука, но тишина вновь окутала усадьбу, и лишь потрескивание углей в камине нарушало её. Максимова медленно и тихо выбралась из спальника. Осторожно, крадучись, она пересекла комнату, вышла в столовую и направилась к дверям, ведущим в холл. Их закрыли на ночь, в попытке сохранить тепло. Дина остановилась и вновь прислушалась. Ничего. Только ровное дыхание спящих и шум дождя на улице. Но ощущение чужого присутствия не покидало её. Оно было почти осязаемым, как холодный сквозняк, продирающий сквозь одежду. Максимова замерла, пытаясь сообразить, что же она слышала на самом деле? Может, ей показалось? Приснилось? Но тут она заметила: между створками дверей виднелась узкая полоска света. Двери не закрыты до конца, словно их специально оставили так. Неужели кто-то выходил?
Охваченная недобрым предчувствием, Дина потянула ручку и шагнула в холл. Ледяная прохлада обрушилась на неё вместе с порывами ветра. Озноб охватил Максимову. Сперва она не поняла, почему в доме вдруг стало так холодно, но тут же догадалась: входная дверь усадьбы распахнута настежь. В дверном проёме стояла фигура. Тусклый свет с улицы выхватывал из темноты лишь очертания: длинный плащ, ниспадающий до пола, и глубокий капюшон, скрывающий лицо. Точь-в-точь как описывал Саблин ночного гостя у деревенской бани.
Фигура вздрогнула и исчезла в темноте. Не раздумывая, Дина бросилась за ней. Она выбежала на крыльцо, но там уже никого не было. Только мокрые от дождя ступени и пустая, чернеющая впереди поляна. Ветер трепал волосы Максимовой, а холод начал проникать под одежду. Она огляделась. Вокруг простирался тёмный, безмолвный лес.
Капитан спустилась с крыльца, гадая, куда скрылась фигура и в каком направлении ей теперь идти? Внезапно сквозь пелену дождя она снова увидела тёмный силуэт, удаляющийся в сторону оранжереи.
Дина молниеносно выхватила из кобуры пистолет, предусмотрительно оставленный при себе на ночь, и бросилась в погоню. Фигура остановилась, обернулась, и заметив Максимову, ускорила шаг, скрываясь за оранжереей.
– Стой! – выкрикнула Дина.
Добежав до оранжереи, она никого не обнаружила. Ринувшись дальше, в лес, Максимова вскоре остановилась: в непроглядной тьме не было ни единого ориентира. Фигура исчезла. Холодные капли дождя стекали по лицу капитана, она прерывисто дышала и ощущала, как насквозь промокли её носки, ведь девушка выбежала без обуви. Страх нарастал. Сжимая пистолет, Дина вытянула руки и повела ими по сторонам. В голове промелькнула мысль: «Следовало разбудить Саблина! Не стоило выходить одной!»
Тишина давила на барабанные перепонки. Только мерное шуршание дождя и её собственное дыхание нарушали ночной покой. Она попыталась вспомнить, в каком направлении бежала, но лес казался лабиринтом, сотканным из теней и мокрых веток.
Внезапно кто-то коснулся её плеча. В испуге Дина обернулась. Чья-то рука резко опустила её руки, в которых она сжимала оружие.
– Боже, вы меня напугали! – выдохнула Дина.
– Что случилось? – лицо Саблина, мокрое от дождя, выглядело мрачным.
– Я видела фигуру, как и вы тогда в Черногорке. Мне послышался какой-то звук, и я вышла в холл. Кто-то был в усадьбе, пока мы все спали!
– Возможно, это тот же человек, – предположил Саблин.
– Тут точно что-то неладно, – Дина убрала оружие в кобуру.
Они двинулись обратно. Проливной дождь хлестал, превращая землю под ногами в вязкую, хлюпающую грязь, а зябкий ветер гнал следователей скорее в усадьбу.
– М-да. Неладно – мягко сказано, – заметил Саблин. – Пропадает инженер, потом его тело находят в лесу, а недалеко заброшенная усадьба, оказавшаяся теперь на реставрации.
– Тере́шку начали замечать как раз в тот момент, когда пропал Можаев, месяц назад.
– Да. И этот странный череп… В усадьбе явно что-то произошло. Но если наш инженер тут был, то подобное многое объясняет. В районе нет связи, поэтому он перестал звонить жене.
– А потом Можаева убили, – добавила Дина. – Здесь.