– Тере́шка? – повторил Мавританов. – Он-то тут при чём?
– Тема с призраком с самого начала была для меня ключевым моментом, – Саблин присел на подоконник. – История старика из деревни про Тере́шку, бродившего по лесу на рубеже двадцатого века, не имеет никакого отношения к фигуре, которую видели жители Черногорки.
– Как это? – выпалила Дина. Её лицо выражало смесь удивления и разочарования.
– Да, да. Именно так. Мне показалось уж больно странным, что старинная легенда ожила ровно в тот момент, когда пропал Можаев. На совпадение не похоже. А как только призрак появился ночью в усадьбе и сбежал через входную дверь, тут я понял – это человек. Кто-то специально воскрешал местную страшилку, запугивая народ.
– И этот кто-то Грекова или Вето́шкин? – с растерянностью в голосе спросил Мавританов.
– Да. Таков был их новый план. Если вы помните, – Саблин обратился к Карлову и Максимовой, – то я спрашивал Осипа Андреевича в деревне, когда именно Тере́шку видели у усадьбы последний раз?
Офицеры в унисон кивнули.
– Так вот. Старик утверждал, что около двух недель назад, на кладбище. То есть как раз в момент смерти Можаева.
– Хотите сказать, тогда на кладбище житель деревни видел не Тере́шку, а раненого инженера, сбежавшего из усадьбы? – догадался Карлов.
– Именно! Ночью, оказавшись на кладбище и зная о местной легенде, человек из деревни легко мог принять стонущего и скорчившегося от боли инженера за Тере́шку. Эта информация быстро разлетелась по деревне. А через десять дней нашли тело, усугубив ситуацию и вызвав дополнительную панику. Слухи, скорее всего, дошли до Лыкова. Он же, наверное, приезжает в Черногорку на вызовы, Егор Михайлович?
– Ну, частенько, да.
– Вот. А когда Лыков узнал, что мы собираемся в усадьбу, это и дало нашим преступникам простую идею – запугать нас призраком.
– Но Лыков всё время находился с нами в деревне, – возразил Карлов, – а Тере́шку вы заметили ночью в окне бани.
– Совершенно верно. В тот вечер Осип Андреевич как раз поведал нам легенду про Тере́шку. Тогда-то, думаю, Лыкову и пришла эта мысль. Он выходил из дома Прохора проверить, есть ли связь, но на самом деле звонил сообщникам.
– Но связи же не было, – вновь парировал Егор Михайлович.
– Откуда нам это стало известно?
– Лыков сказал…. Хм. Да, – Карлов кашлянул. – То есть к бане приходил один из преступников, переодетый в Тере́шку?
– Да.
– В такой ливень?
– Егор Михайлович, – Саблин вздохнул. – Ну вы же – умудрённый опытом следователь, вам-то и не знать, как исхитряются люди ради своей цели, особенно если хотят скрыть следы преступления.
– А чего они добивались? – Синицын скрестил руки на груди. – Думали, вы откажетесь от идеи ехать в усадьбу?
– Возможно, хотя сложно дать оценку их действиям. В тот день Жуков с Кузнецовым собирались уезжать, и дом вновь остался бы в их распоряжении, но ситуация усложнилась нашим приездом, и вмешались погодные условия, начался сильный дождь. Всем стало очевидно, что придётся ночевать в усадьбе.
– Ну так преступники могли бы и дальше искать кабинет Тучкова на следующий день, – предположил Карлов.
– Всё верно. Они так и планировали. Но тут на сцену вышел Арсений Кузнецов, – Саблин слез с подоконника и вновь стал прохаживаться по залу.
– Он о чём-то догадался и помешал им, – добавила Дина.
Саблин остановился и внимательно взглянул на Максимову.
– Да. Но не совсем так, как мы с тобой предполагали.
– Разве Кузнецов не находился в библиотеке, когда кто-то вышел из потайного туннеля, ведущего в оранжерею?
Следователь покачал головой.
– Я думаю, архитектор понял что-то про кабинет. Не знаю, что именно, но он поделился этим с Грековой. Ирма запаниковала и предложила Кузнецову поговорить без свидетелей, так как можем вмешаться мы, а вовлечение полиции нежелательно.
– Почему не сказали мне?! – возмутился Мавританов.
– С вами сложно общаться, – Жуков хмыкнул, – уж простите.
– В итоге они договорились встретиться ночью в библиотеке, – заключил Саблин. – А чтобы им никто не помешал и не проснулся, решили подстраховаться, и Вето́шкин принёс из машины коньяк.