– Я правда не хотел. Даже рассказал обо всём вашему пареньку, который приезжал в Красномайский.
Саблин нахмурился. Похоже, Васильев говорил про Синицына.
Заметив реакцию следователя, Тихон добавил:
– Да, да, я сразу смекнул, что он из полиции. Уж простите, но я вижу людей. Поэтому и сообщил про Авеля, про усадьбу и про книгу. Надеялся, вы поможете Ирме. Не знал, как далеко всё зашло.
Саблин задумчиво потёр подбородок, глядя, как Тихон склонил голову, словно смирившись со своей судьбой. Книга монаха Авеля, причина всех произошедших бед, теперь находилась в руках следствия. Но как с ней быть? Вопрос оставался без ответа.
Дело об усадьбе Тучкова стало не просто расследованием преступления, а глубоким погружением в человеческую природу, обнажившим её самые тёмные стороны. Оно показало, как жадность, амбиции и страх могут толкнуть людей на путь насилия и предательства, разрушая их жизни и жизни окружающих. Валентин Можаев, Ирма Грекова, Антон Борисович Вето́шкин, Пётр Лыков, Арсений Кузнецов и Лидия Левашова – каждый из них стал жертвой собственных пороков и непредвиденных обстоятельств, оказавшись втянутым в водоворот событий, приведших к трагическому финалу.
Глава 55. Вышний Волочёк. Пятница. 16.20
Саблин и его команда стояли на открытом перроне, ожидая прибытия поезда, следовавшего по маршруту Санкт-Петербург – Москва. На платформе царила привычная суматоха: слышался гомон голосов, суетились и спешили отъезжающие, пытаясь найти нужные пути. Сильный холодный ветер яростно дул в лицо, заставляя пассажиров плотнее натягивать шапки и капюшоны, а в воздухе разносились запахи раскалённого металла, едкого дыма и ароматы сладковатой выпечки из вокзального буфета.
Синицын нетерпеливо переминался с ноги на ногу, устремив взгляд вдаль, на железнодорожное полотно. Максимова рядом уткнулась в объёмный красный шарф и застыла в задумчивости.
Капитан Карлов, сняв перчатку, протянул руку Саблину.
– Товарищ майор, был рад знакомству.
– Взаимно, Егор Михайлович, – майор ответил рукопожатием. – Надеюсь, дальше у вас всё будет спокойно.
– Да, не хотелось бы повторения подобных событий, – согласился Карлов. – Дело вышло непростое, и, призна́юсь, без вас и вашей команды мы бы вряд ли его раскрыли, – эти слова прозвучали искренне и сердечно, выражая глубокую благодарность.
Саблин едва заметно улыбнулся.
– Мы сделали это вместе.
– Верно, – сказал Карлов. – Но именно вы в последний момент догадались, что Тихон Васильев – потомок монаха Авеля. Я упустил.
– Просто пришла мысль, когда увидел имя Авеля, данное при рождении, – Василий Васильев, – прокомментировал Саблин. – Фамилии совпали, и возникло предположение.
– И это сразу многое объяснило, – Карлов тихо рассмеялся, морщинки вокруг его глаз стали глубже. – Не зря о вас говорят как об одном из лучших следователей.
Вдалеке послышался гудок поезда. Синицын подошёл к Карлову.
– Всего доброго, товарищ капитан.
– И вам, старший лейтенант. Держитесь за своё место, – Егор Михайлович глянул на Саблина. – Рядом с таким профессионалом есть чему учиться.
Синицын кивнул.
– До свидания, – Максимова поправила сумку на плече.
Карлов подмигнул ей.
Поезд прибыл на станцию. Двери вагонов распахнулись, и на перрон хлынул поток пассажиров. Следователи предъявили паспорта проводнику и вошли в вагон, разыскивая свои места. Убрав багаж на полку, они заняли сиденья. Саблин устроился у окна, рядом с ним сел Синицын, а Дина расположилась напротив майора. Саша тут же надел наушники и погрузился в музыку. Вскоре поезд тронулся. За окном медленно поплыла платформа, на которой всё ещё стоял капитан Карлов, провожая взглядом удаляющийся состав.
Локомотив набирал ход, унося майора Саблина и его команду прочь от места, где только что завершилось сложное дело. Снаружи замелькали огни города, постепенно сменяясь тёмными силуэтами деревьев и полей.
Синицын, сняв наушники, повернулся к Саблину.
– Товарищ майор, а ведь Карлов прав. У вас действительно талант. Как вы только догадались про Тихона? Я же тоже знал мирское имя монаха Авеля, но фамилии не сопоставил.
Саблин задумчиво посмотрел в окно, где отражался свет лампы в купе.
– Иногда, Саша, ответы лежат на поверхности, просто мы их не замечаем, увлечённые поиском чего-то более сложного. Это не талант, а внимательность к деталям.