– Часть от части.
Затем старуха поднесла статуэтку Богини, и мы поочередно поцеловали ее.
– Дух от духа.
Потом иглой, что так и болталась на нити, ведунья проткнула наши безымянные пальцы, соединила ладони так, чтобы раны соприкоснулись, и заставила нас сжать руки, чтобы они образовали замок.
– Кровь от крови.
В районе груди вдруг стало жарко, а руку под сшитым рукавом защипало.
– Амэ!
Мы переглянулись с Джареком, подняли переплетенные ладони вверх и заметили на запястьях золотистую вязь брачного браслета. Он красиво переливался, словно руки наши были усеяны крохотными звездами или каплями росы. У меня дух перехватило от внезапного осознания реальности произошедшего.
– Теперь перед Богиней, людьми и оборотнями – вы муж и жена. Вы часть от части, дух от духа и кровь от крови. Едины и целостны. Чего замерли, как древние изваяния? Целуйтесь, наконец! Порадуйте старуху.
Второй раз просить не пришлось.
– Эх, молодость.
– Ба, идем, – Юна смущенно постаралась увести Сашару в комнату. – Пусть милуются.
– Идем уж, внучка. Надеюсь, когда–нибудь и тебя обвенчаю.
– Обвенчаешь, куда ты денешься? – рассмеялась девушка.
– И то правда.
Глава 8
Тэйтан находился в кабинете отца, ожидая, когда тот проснется. Ему срочно нужно было с ним поговорить. После того как Ада сбежала с неизвестным мужчиной, он не мог сидеть сложа руки. Ему бы плюнуть на все и оставить семью Реакруа в покое, но то, что его друзья так явно бунтовали против устоев Объединенного Королевства, наводило его на мысль, что он чего–то не понимает. Что он упускает нечто важное. И если кто–то и мог ему все объяснить, то это была его подруга. И пока ее след не развеял ветер и его мог учуять Арч, он должен был спешить.
Будь его воля, он тотчас же сел на Шквала и последовал за девушкой, но тогда во дворце из-за его исчезновения мог начаться переполох. Для наследника Оскаина это был бы непозволительный поступок. Необдуманный и легкомысленный. Поэтому он и должен был поговорить с Арегом эс Вуалье. Прямо, не юля. С одной лишь поправкой, что он не станет упоминать Аду, ведь своими словами он мог нанести ей вред. А этого ему не хотелось.
– Тэйтан? Ты что здесь делаешь?
Голос Дэллы вывел принца из состояния задумчивости.
– Жду отца.
– Ох, милый, – королева подошла к сыну. – Арег неважно себя чувствует. Много волнений, сам понимаешь… Зайди к нему позже. Уверена, он выслушает тебя.
– Мне нужно с ним поговорить сейчас.
Принц произнес это с нажимом, но мать и бровью не повела.
– Думаю, это потерпит до обеда.
– Не потерпит, мама, – Тэйтан подскочил из кресла и направился к дверям. – Он у себя?
– Да, – кивнула женщина. – Но лекари сказали, что его нельзя беспокоить по пустякам.
– Почему ты решила, что вещи, которые мне нужно обсудить с отцом – это мелочи?
– Сейчас все, что не касается лис, отходит на второй план, Тэйт.
Мужчина возвел руки вверх, моля мать перестать говорить. Он очень уважал королеву, она была умнее многих, если не самой умной женщиной, которую он знал, но иногда она была просто женщиной. Я мог понять, что Дэлла бережет отца от лишних беспокойств, но Арег эс Вуалье был и остается королем Оскаина.
– Думаю, отец сам решит, важны ли мои слова или нет.
Дэлла еще пыталась что–то крикнуть сыну вслед, но тот уже не слушал ее. У него была цель, и принц шел к ней напролом. Он и так упустил столько времени впустую.
Покои короля хорошо охранялись. Два стражника, словно соколы, следили за каждым, кто проходил мимо. И словно стервятники за теми, кто решался остановиться у дверей. Почти никто не имел доступа к королю. Но это никак не касалось принца.
Тэйтан легко миновал охрану, прошел через гостиную, кабинет и, наконец, оказался в спальне властителя Оскаина.
– Сынок, – Арег непритворно удивился, завидев сына рядом с кроватью. – Что ты здесь делаешь?
– Мне нужно с тобой поговорить.
Король приподнялся на локтях, а принц положил одну из подушек так, чтобы тому было удобно сидеть.
– Что–то случилось?
– Да, – Тэйтан посмотрел на отца прямо, приложил указательный палец правой руки к губам. – Мне нужно уехать.
Арег непонимающе взглянул на сына. Его лицо, испещренное мелкими морщинами, с пепельным налетом усталости, было серым, как у изваяния. Король и правда плохо выглядел. Мать не лгала. На публике он стойко переносил удар за ударом, но здесь, в своих покоях, скрытый от вездесущих глаз толпы, он позволял себе быть не монархом, а обычным человеком.
– Куда?
Тэйтан развел руками.
– Видишь ли, я не знаю. Но, скорее всего, туда, где находится чертог, а быть может и сам Лисий орден.