– Спи, – услышал я усталый голос Ливелии в своей голове. – Я все объясню потом.
И хоть я был поражен этому фокусу, веки стали невыносимо тяжелыми и как бы я ни сопротивлялся накатившему сну, магия лисы была куда сильнее меня. Все пространство завертелось, размываясь и сливаясь в белую линию.
Потом я обязательно устрою Ливелии допрос с пристрастием, а сейчас отдыхать. Силы нам точно понадобятся.
Глава 2
Голубка села на карниз, крыльями ударившись о стекло. Ада вздрогнула и посильнее закуталась в вязаную шаль.
– Может быть, вам принести горячего чая?
Девушка повернулась в кресле к стоявшей рядом служанке и вопросительно на нее посмотрела. Слов с первого раза она не разобрала.
– Что?
– Я вижу, вам холодно… Если хотите, я подкину пару поленьев в камин и сбегаю на кухню за чаем?
Ада призадумалась.
– Да, думаю, это было бы чудесно.
Служанка присела, чуть поклонившись, а девушка сразу потеряла к ней интерес. В последнее время ей сложно было концентрироваться на чем–то одном. Разум метался, как перепуганная насмерть птица в горящей клетке. Именно так Ада себя и чувствовала – загнанной и почти мертвой. Краем гибнущего сознания она осознавала, что все это неправильно, что нужно бороться за свою жизнь и идти дальше, перешагнув через поступок Сейджа.
Но как только в голове всплывали картинки насилия, Ада сразу же закрывалась, не давая себе возможности смириться с ситуацией. Она жила в постоянной агонии, которая рано или поздно приведет либо к выздоровлению, либо к смерти. Второе Аде сейчас было ближе.
– Я скоро вернусь.
Золин закрыла за собой двери, и дочка главы фракции Ищеек осталась в комнате одна. Сначала девушка сидела неподвижно, а потом неосознанно стала раскачиваться из стороны в сторону. Лишь спустя пару мгновений Ада поняла, что происходит с ее телом.
– Нет! – громко крикнула она. – Нет! Нет! Нет! Я не позволю себя сломать!
Слезы потекли по ее щекам.
– Не позволю…
Влага жгла щеки, смывая апатию и отрешенность. Прямо сейчас ей захотелось действовать. Вот так резко, стихийно и неожиданно. И чтобы не сойти окончательно с ума, Ада ухватилась за эту идею.
Скинув вуаль, она кинулась к двери, открыла ее и чуть не снесла служанку.
– Прости.
– Леди Реакруа, вы куда?
– Я… Я… Я скоро буду, Золин.
– А как же ваш чай?
Ада посмотрела на поднос с небольшим чайничком, кружкой и пиалой с цукатами.
– Выпей сама.
– Но…
Девушка же уже неслась по коридору вперед, пока не разбирая пути. Все дело в том, что Ада сама не знала, куда бежит. Разум лихорадочно пытался подкинуть ей идеи, и одна в конце концов нашла отклик.
Петляя по замку, девушка избегала редких встречных, которые последние пару дней смотрели на их семью с осуждением, хотя сама Ада прекрасно понимала поступок брата и совершенно его не осуждала. Он сделал свой выбор. А правильный или нет, не ей было судить. Ада с радостью сказала это и придворным, и простому народу, но знала, что слушать ее никто не станет.
Поворот и перед Адой арка, ведущая в дворцовую темницу. Именно там находилась под стражей Рейалин Дуаро. Несмотря на то, что любовница Джарека раньше вызывала в ней только отторжение и презрение, сейчас же эта женщина была единственным человеком, с которым Ада желала поговорить.
Надо признаться, что девушка, как, впрочем, и весь дворец, была поражена страшным открытием второй сущности певицы, но не на столько, чтобы это застлало ей глаза. Жрица определенно владела нужной информацией, которая поможет Аде найти брата.
Не дойдя до стражников, охранявших темницу, девушка затормозила. До этого самого момента она не собиралась ничего делать, но мысль, что она нужна Джареку и Ливелии, дарила ей надежду и смысл жить дальше. Ей нужен был этот стимул.
Как только девушка приблизилась к охране, те моментально преградили ей путь, не позволяя войти внутрь.
– Не положено.
– Я дочь Дайтоса Реакруа…
– … и сестра предателя, – рассмеялся один из стражников. – Решила пойти по его стопам?
– Элан, не стоит, –попытался угомонить его напарник. – Она здесь ни при чем. Леди, сейчас с лисой разговаривает принц. Нам не дозволено пускать посторонних, пока он не закончит.
– А в остальное время?
– Только под присмотром.
Ада оторвала взгляд от стражника и пожала плечами.
– Значит, я скоро вернусь.
Ждать, пока из темницы покажется Тэйтан не стала – ей было страшно встречаться с ним, хоть мужчина ничего плохого и не сделал. Точнее, он не сделал вообще ничего. Он жил со своей обидой и ничего не видел за ее пределами. Менять сейчас этот новый уклад Ада не собиралась. Она была слишком слаба, слишком подавлена, что рисковала сломаться от напора наследника. Девушка знала, что принца иногда заносило, и он не видел ничего, кроме своих переживаний. Ему нужен был оазис стабильности. И им для Тэйтона она уже быть не могла.