Взбежав по скользким ступеням заднего крыльца, я только протянул руку, чтобы открыть дверь, как она сделала это сама. Точнее, это сделал стражник, что выходил наружу и который совершенно не ожидал здесь кого — то встретить, тем более в таком виде. Он застыл на секунду, а я лихорадочно пытался придумать хоть что — то, что могло бы мне помочь справиться с оторопелым охранником. Завидев, что тот пришел в движение, я немедля залез под плащ и сорвал небольшой кошель с монетами. Ловко развязал его и стал кидать железными кругляшами противнику в лицо, отчего тот стал отмахиваться руками, пряча глаза. Не самый мужской вид борьбы, конечно, но именно это позволило мне выиграть время и уже без помех достать из ножен кинжалы. Пнув не пришедшего в себя стражника коленом в живот и заставив тем самым его согнуться, я ухватил мужчину за волосы и приставил острие к его шее, даже немного проткнув ее.
— Чего тебе надо, умалишенный? — хрипло спросил стражник. — Ты хоть знаешь, в чей дом проник? Ты покойник, слышишь? Живым тебе отсюда не уйти.
— Молчи! — грубо дернув его голову, произнес я. — Я прекрасно знаю, где нахожусь. И уж точно не планирую здесь задерживаться надолго.
Стукнув рукоятью кинжала бойца по голове, почувствовал, как тело обмякло. Но не успел я обрадоваться, как в коридоре послышались шаги. Мне оставалось только попытаться оттащить тело и притаиться. Не успел.
— Ты что тут делаешь? — раздался возле меня голос Дайтоса Реакруа.
Надо отдать Джареку должное — личина вышла превосходная и совершенно неотличимая от первоисточника. Я даже сначала поверил в то, что глава фракции на самом деле решил навестить дом мадам Фав, пока все резвились на охоте, учитывая, что сие мероприятие он не особо жаловал.
— А на что похоже? Помоги спрятать его, — вытирая тыльной стороной ладони пот со лба и еще больше размазывая потекшую от влаги грязь. Я ухватил безвольное тело за подмышки и стал тянуть по коридору, выискивая то ли чулан, то ли кладовую.
Джарек — Дайтос вздохнул и, взяв в каждую руку по ноге, помог мне в этом деле.
Спрятав стражника, я довольно встряхнул руками и улыбнулся во все зубы.
— Проще простого!
Маг лишь устало потер бровь.
Глава 24
Лиса не находила себе места от беспокойства. Всю ночь, которую ей пришлось провести в одиночестве, она крутилась на кровати, пытаясь не предаваться своим самым мрачным размышлениям. Ливелия чувствовала боль в мышцах, сводимых судорогой от напряжения.
Не в силах больше лежать, она бродила по дому, то и дело натыкаясь на острые углы мебели, ударяясь об них коленками и локтями. Словно в тумане, терла ушибленные места и продолжала и дальше ходить то из стороны в сторону, то и вовсе по кругу. Когда голова начинала кружиться, девушка останавливалась и давала себе небольшую передышку.
Сейчас же лисица, сидя на кухне, чувствовала себя беспомощной и бесполезной. Боялась, что грядет нечто нехорошее — сердце болело за сестриц и за новых друзей. Все вокруг нее разрушалось, и было невыносимо страшно, что и этот раз не будет исключением. Что все ее надежды рухнут, погребя ее под своими завалами.
Девушка в тысячный раз бросила взгляд на двери. Но они не открывались. Стояли нерушимо. Безмолвно. Безучастно.
От терзавших предчувствий Ливелия накрутила на палец свои волосы и с силой дернула. Легкая боль на краткий миг отрезвила.
— Ну где же вы?
А тени между тем размытой вуалью ползли по стенам, удлинялись и переплетались друг с другом, отчетливо говоря, что время не замерло. Оно бежало в собственном ритме, приближая Ливелию к моменту счастья или к пучине горестей и скорби.
Тэйтан
В доме стояла гнетущая тишина.
— Как тебе удалось отделаться от прислуги?
— Просто сказал, что и так прекрасно знаю дорогу. Взял ключи, — друг потряс связкой перед моим лицом. — И попросил приготовить покои на втором этаже. Ты бы видел, с какой радостью в глазах служанка убежала вверх по лестнице. Все-таки слава Дайтоса на всех влияет одинаково. В этом даже есть нечто заманчивое.
— А что стража?
— Да нет никого. Все, видимо, на улице. Удивительно, что ты умудрился наткнуться на единственного, кто здесь задержался.
Я хмуро посмотрел на друга, но он и бровью не повел.
— Давай не будем расслабляться. Думаю, мадам Фав припрятала много интересных сюрпризов в своей черной обители, — Джарек в облике отца окинул пространство взглядом.
Когда он двинулся к той самой двери, что вела в подвал к лисам, я старался идти за ним шаг в шаг, не желая невзначай наступить на какую-нибудь пакость.
— Стой. Тут что-то есть, — маг остановил меня вытянутой рукой.
— Нити?
— Сгустки… Хм…Прямо на ручке двери.
— Они опасны?
— Уверен, что нет, иначе бы служанка не отпустила бы меня так легко. Другое дело, что мне непонятен род деятельности магии Имануэллы. Хотя, если поразмыслить…
— Дай… ох, лисий хвост, Джар, можно как-нибудь поактивнее думать. Времени в обрез.
— Я почти уверен, что это магический замок. Если нити — это маяки, оповещающие мадам Фав о чужаках, то сгустки выполняют функцию запирающего механизма. Если до них дотронется не свой, то войти не сможет. И думаю, до тех пор, пока хозяйка дома не развеет заклинание.
— Но Дайтос ведь свой?
Маг посмотрел на меня, как на дурочка, развлекающего публику на городской ярмарке.
— Это, — он обвел свое лицо. — Лишь вид. Дайтос сейчас достаточно далеко отсюда, если ты забыл.
— Да откуда мне знать, как работает ваша магия.
— Можно натянуть на себя личину, но самим человеком стать невозможно. Это противоречит законам мироздания.
— И их нельзя нарушить? — с надеждой спросил у друга.
— Это невозможно.
— Тогда тащи сюда служанку.
— И что я ей скажу?
Я призадумался.
— Она же необязательно должна быть в сознании, верно? Нам достаточно ее руки…
— Я не буду…!
Я схватился ладонями за лицо и еле сдержался, чтобы не рассмеяться в полный голос.
— Усыпи ее, Джар. Усыпи. Я не прошу отрубать девушке конечности.
Тут маг молниеносно развернулся, чтобы скрыть от меня перекошенное от своей глупости лицо. Мы прекрасно дополняли друг друга в этом деле, ничего не скажешь. Но если Джареку это было позволительно, то меня, как будущего короля, это мало красило. Плевать. Мой отец еще был полон сил, и я всегда могу рассчитывать на его совет.
Шаги. Тяжелые вздохи. По лестнице спускался Джарек с ношей на руках. Он воровато оглядывался, боясь наткнуться на неожиданных свидетелей, но нам сегодня определенно везло. Слуги мадам Фав, словно мышки, разбежались по своим норкам, пережидая отсутствие хозяйки. Все-таки нечасто паучиха покидала свое убежище.
Я взял теплую податливую ладонь служанки и, положив на круглую дверную ручку, прокрутил вбок. Со щелчком замок открылся. Сгусток магии остался спокойным, беспрепятственно пропуская нас внутрь.
— Что теперь?
— Берем ее с собой. Возможно, это не единственный сгусток. Да мало ли чего еще может быть внизу. Тем более, что мы не можем оставить служанку тут.
Так и стали спускаться. От каждого шага по лестнице над нами загорались тусклые пульсары. А из подземелья потянуло сыростью и холодом. Само пространство, появившееся в невысокой арке, оказалось небольшим: всего шесть клеток с железными решетками, в которых притаились напуганные лисички. Хрупкие, с белой, почти прозрачной кожей, они жались друг к другу, ожидая, что сейчас их снова поведут к мучителям. А когда увидели, кто к ним спустился, оцепенели от ужаса.
— Джар, они тебя боятся.
Маг спохватился и смахнул со своего лица личину.
— Спокойнее, дамы. Мы не причиним вам вреда.
Филисса, Марта и Вейла сразу же кинулись к прутьям.