Примерно через час лес впереди начал редеть, обнадеживая просветами. Появились первые вырубки. Дорога стала шире, ухоженнее.
Я ехала, размышляя о том, куда меня в итоге занесло бабкино проклятье. Вряд ли это прошлое. Не слышала я, чтоб в Китае драконы дарили людям жемчужины, как и об исцелениях энергией. Другой мир? Вполне может быть. Но если я смогла вытянуть сюда тело, смогу и вернуться. В теории.
Мы выехали на простор — справа и слева потянулись поля, а впереди меж редких деревьев темнели крыши домов. Я выдохнула — сомневаюсь, что кто-то посмеет напасть вблизи деревни, и тут нам в спину ударил перестук копыт: громкий, нагоняющий, не оставляющий шанса избежать встречи. Да и куда прятаться, если мы в окружении полей, на которых зелеными полосками виднелись ростки озимых.
— Господи, пронеси их мимо, — прошептала, потеряно глядя по сторонам. Потом поспешно осмотрела себя. Ну конечно! Смело в вурдалаки записывать можно. На ханьфу темными пятнами выделялась кровь. Еще и лицо, небось, испачкано. Про руки молчу. И я попробовала спрятать их в рукава.
Топот неумолимо приближался. С испуга показалось — за нами целая армия гонится. Я поспешно направила повозку к краю дороги, чтоб не затоптали.
— Стоять! — оглушило меня окриком, а в следующий миг повозку тряхнуло — рядом со мной приземлился мужчина, и я ощутила холод лезвия у горла.
Приехали. Нас окружил с десяток всадников, беря в плен. Лошадь, предательница, и не думала сопротивляться, меланхолично подергивая хвостом.
— Отвечай, где Жэнь Шаоюй! — заорал мне в лицо какой-то парень в темно-синем ханьфу. Его пальцы клещами сжали мое плечо.
Нас догнали те самые «проблемы», о которых говорила девчонка? Или это свои? Мой подсказчик без сознания валялся в повозке.
— Говори, если жить хочешь! — парень тряхнул меня так, что зубы клацнули друг о дружку.
Ответом внутри поднялась волна ледяной ярости. Я вскинула на него взгляд, прищурилась.
— А если нет? Убьешь?
После нескольких часов среди мертвецов я устала бояться.
— Как ты смеешь неуважительно разговаривать с господином?! — возмутился охранник.
Я поймала лезвие двумя пальцами, отодвинула от горла.
— Не люблю, когда мне угрожают, — подарила господину кривую ухмылку.
И тут за спиной донеслось слабое:
— Братик…
Меня отпихнули в сторону, в объятия того самого… с мечом. Мужчина ухитрился одной рукой не дать мне упасть, второй отводя в сторону меч.
— Не дергайся, — предупредил он сурово, давая понять, что ничего еще не закончено.
Из повозки доносился горячий шепот, перемежаемый слабыми ответами девчонки.
Я старательно прислушивалась, боясь пропустить хоть слово. Итак, грозный парень — ее старший брат. Кто-то предупредил его о слежке за сестрой — одному из слуг удалось сбежать до нападения на отряд. Вот парень и сорвался с отрядом личной стражи. Прибыл на поляну, а там лишь трупы — повозки нет. Обезумев от страха, понесся по следу колес. А когда увидел меня — всю в крови, так и вовсе голову потерял. Повезло — не прирезал.
Я вспомнила его бешенный взгляд и зябко передернула плечами. Красивый и дико жестокий… Внутри жалобно проскулила лиса, предлагая держаться от опасного красавчика подальше.
Да, я ее чувствовала — свою звериную половину. Большую часть времени она спала, просыпаясь лишь в минуты опасности или сильных переживаний, и тогда к моей панике добавлялась ее… И было непросто разделить эмоции. Вот такая клиника…
Дальше разговор пошел обо мне. То, что я спасла Шаоюй, мне было известно, а вот то, что мы учились с ней в одной школе целителей… Сюрприз. Как и то, что я единственная дочь владельца травяной лавки, живем мы в соседнем городе за горой, и вместе с отцом я как раз собирала в этом лесу травы, когда на нас напали… Похоже, те самые негодяи. Мне удалось бежать, а отец пожертвовал собой, уводя их за собой и был убит.
«Проклятые брачники, совсем совесть потеряли! Охотятся на девиц, словно на зверей!» — гневно воскликнул на этих словах брат Шаоюй.
Охранник сочувственно вздохнул, убрал руку с моего плеча, и я, спохватившись, сделала скорбное лицо. Траур же. Хоть и непонятно, кто такие брачники и почему они охотятся на девиц, еще и убивают их…
Дальше по словам Шаоюй я хоронила отца, оплакивала его и, скрываясь, плутала в лесу, пока чудом — Небо помогло — не вышла на поляну.
— Мы теперь сестры, — прошептала Шаоюй. — Ей некуда идти. Брат, она может пожить у нас, пока найдет свою родню?
— Конечно, А-Юй, для твоей спасительницы у нас всегда найдется место.