— Значит, жизнь у нас волшебная?! — проговорила яростным шепотом, чувствуя, как от обиды сжимает горло. — А ты хоть раз на снегу спал? От охотников убегал? Мышей ловить пробовал? Или лягушек жрать? А рыбу ловить? Или червей, — нервно сглотнула, — из пня выковыривать?
Призрак попятился от наступающей меня. Примирительно поднял руки.
— Прости, я думал, тебе все это нравится.
Я остановилась. Растерянно потерла лоб.
— Не совсем. Точнее, когда ты и лиса, и человек, сложно это все, гм, совместить…
— Так вот почему вы среди людей живете! — обрадованно воскликнул он.
— Мы сюда меня обсуждать пришли? — прошептала уязвленно. Слова пацана всколыхнули неприятные воспоминания, когда я была самой никчемной лисой в лесу.
— Ты должна мне помочь! — торжественно начал было призрак, но заметив мои вздернутые брови, сменил пафосный тон на человеческий: — Пожалуйста. Кроме тебя меня никто не видит и не слышит, а я чувствую, как с каждым днем теряю связь с телом. Еще немного и…
Он замолчал. Продолжения не требовалось. Я кинула сочувственный взгляд на лежащего на кровати мальчика. Мелкий такой… Заморыш.
— Обещаю помогать тебе скрытно добираться до храма, когда ты снова туда отправишься, — посулил он мне.
Я задумалась. Призрак свою пользу доказал, навигатор из него вышел точный. Едкий, правда, как кислота, но работал отлично.
— Я не знаю, чем тебе помочь, — призналась честно, — но могу спросить у своих.
Уверена, лис не утерпит и явится в храм, чтобы отчитаться о моем деле. Тогда и спрошу, как помочь пацану, но для начала нужна хоть какая-то информация о призраке.
— Кто тебя зовут? — спросила. Неудобно ведь столько общаемся, а я его имени не знаю. Он не представлялся из гордыни, а я не спрашивала из вредности.
Пацан открыл было рот, но его вдруг перекосило, он замотал головой, полыхнул алым и провалился сквозь пол.
Я осталась одна. Черт! Если сюда заглянет сторож, мне хана.
Присела с другой стороны кровати, понимая, что сама в темноте незаметно не вернусь. Со своей везучестью точно со сторожем столкнусь.
Пацан появился минут через пять, чем весьма меня порадовал. Открыл было рот что-то сказать, но я его остановила:
— Стоп. Давай я буду спрашивать, а ты просто кивать. Тебе нельзя говорить о том, что с тобой сделали?
Призрак медленно потек в пол.
— Мне и не интересно знать.
Вернулся обратно.
— Имя сказать хоть можешь?
Он погрузился в пол до пояса.
— Ладно, буду Шариком звать. Ты как раз похоже двигаешься.
— Ша что? — изумленно переспросил признак.
— Шарик, — повторила.
— Ша, как песок, а Руй, как мудрый, — перевел на свой манер пацан, добавив высокомерно: — Мне нравится.
Вот и чудненько.
— Ты любишь своего старшего брата?
Кивок. Похоже, эта тема разрешена.
— А живешь где?
На этот раз Ша Руя не было минут десять, я извелась вконец. Несуразный у нас разговор выходит. Призрак наглухо заблокирован и не может делиться информацией. Печаль. Единственное, что мне о нем известно: мать умерла, отец его искал и какие-то проблемы от этого были, ну а старший брат спас. Маловато для выводов. Про отца и спрашивать боюсь.
— Пошли тогда домой, скрытный ты мой.
До полнолуния и моего следующего посещения храма оставалось еще несколько дней, которые я посвятила учебе. Если взялась помогать, так нужно быть готовой проявить свой целительский талант, пусть и скромный пока.
— Ли Я, идем на кухню, — позвала, заглядывая в мою дверь Шаоюй, — там рыбину огромную привезли. Идем, посмотрим.
Идти мне не хотелось, но отказываться не стала. Да и засиделась за учебниками, надо размяться. Свежего воздуха глотнуть.
Еще не дойдя до кухни, в нос ударила рыбная вонь. Я остановилась, задержала дыхание. Кажется, там не одну рыбину привезли, а целый воз.
— Рыбаки еще не уехали, вот и несет, — недовольно проговорила барышня, прикладывая платок к лицу.
— Госпожа, давайте не пойдем, — предложила служанка, заметив обеспокоенно: — Провоняетесь еще.
Шаоюй остановилась в сомнениях. А мне вдруг перестало хватать воздуха. Легкие сдавило. Мир знакомо обесцветился. А потом рухнул вместе со мной вниз, разом увеличившись в размерах.
Свет померк, зато запахи стали острее. Я дернулась, не сразу осознав, что оказалась в плену собственной юбки.
Что происходит? — запаниковала.
Оборот случился столь внезапно, что я не смогла его удержать.