— Помню, — кивнула, потирая плечо. Заживая, рана начала жутко чесаться, сводя меня с ума от зуда.
— Не трогай! — тут же вскинулась Шаоюй. — Дай я охлаждение наложу.
— Не трать силы, завтра понадобятся, — отвергла я помощь. Не маленькая — могу потерпеть.
— Лучше его высочество навестим, — предложила. Хоть отвлекусь от мыслей о еде. Перед завтрашним выходом в город барышня соблюдала строгий очищающий пост. Ну и я вместе с ней. Лиса страдала больше всех, совершенно не понимая причин добровольной голодовки.
После вчерашнего подвига Лана ожидаемо скрутило так, что он не смог подняться. Когда мы вошли в его павильон, бедняга стонал, а служанка разминала тело мальчика травяными мешочками.
Шаоюй не была в курсе вчерашних событий, а потому непонимающе нахмурилась.
— Неужели вы пытались встать? — удивилась она.
Не просто пытался, а еще и ходил. Теперь вот расплачивается. И я с сочувствием посмотрела на принца.
— Сестра Ли, — простонал мальчишка, повернув ко мне бледное лицо, — ты пришла! Расскажешь сказку?
Мой длинный язык! Что-то такое и, правда, обещала, хвастаясь, что знаю много историй.
И не отказать было больному ребенку в просьбе. Да и Шаоюй послала просительный взгляд, доставая набор длинных игл — будет заниматься их втыкательством. Излюбленное лечение у местных, ну а я в роли отвлекателя.
Какую же историю выбрать? «Спящая красавица» однозначно нет. Как я ее расскажу без поцелуя? «Золушка»? Вольное поведение барышни, посмевшей разговаривать с незнакомцем в лесу, на грани приличия, молчу про бал и танец. Такое здесь не поймут. Замучаешься объяснять. Разве что…
— В одной далекой-далекой стране, в дальнем-предальнем городе жили брат с сестрой. Воспитывала их старенькая бабушка. Дети жили дружно, и старшая сестра всегда заботилась о младшей брате, которого звали Кай. В тот год зима выдалась снежной и очень холодной…
Рассказывая, я сама увлеклась этой историей. Вспомнилось, как на китайский Новый год, мы семьей приехали к дедушке с бабушкой. И как-то вечером, когда взрослые сидели, празднуя за столом, мы, малышня, расположились на полу, разбирая подаренные конфеты и хвастаясь красными конвертами. Не помню, кто первым предложил рассказывать истории…
Я мысленно перенеслась в тот день, словно наяву ощутив запах жареной утки, которой, кажется, пропах весь дом.
— Он забыл свое имя?! Какой ужас! — потрясенно проговорила Шаоюй, вытирая глаза уголком рукава.
— Прям, как я, — еле слышно прошептал Лан.
Я вынырнула из воспоминаний, обвела взглядом лица, смотревшие на меня. Шаоюй так и держала на коленях шкатулку с иглами. Служанка сидела, прижав ко рту травяной мешочек, в глазах блестели слезы…
— Что там дальше? — жадно поторопил меня Лан.
Я откашлялась, с намеком кивнула Шаоюй на шкатулку, и та, спохватившись, начала превращать стопу мальчика в подушку для игл.
— А дальше…
Покосилась на дверь. Показалось или нет, что там мелькнула тень?
— Ледяная дева продолжила удерживать мальчика рядом с собой.
Хайлин еле успел отшатнуться. Заслушался, потерял бдительность. Но история была чудо, как хороша. Странно, он никогда не слышал этой сказки. Впрочем, лисы живут так долго… Вероятно, это одна из тех историй, которую девятихвостые хранят в памяти, передавая из поколения в поколение.
Проклятая лиса! Даже сказки у нее сладкие настолько, что невозможно оторваться!
После ее отказа он промаялся без сна до утра. Злился на себя — унизился до предложения разделить постель. Злился на нее — как она посмела ему отказать! Он дал ей кров, еду. Он простил ее обман. Не донес властям о незаконном ритуале. Она должна была на коленях умолять его о милости принять у себя ночью… А вместо этого ранила своей жестокостью!
Рассветный сон не принес облегчения, потому что в нем была она… Медленно снимающая с себя платье. Маняще улыбающаяся.
Странно, он не замечал раньше, насколько она красива… Словно светится вся. Правду говорят — лисья красота дарована Небесами. Человек не может быть столь хрупким и одновременно настолько сильным. Выдержать пытки ради выполнения ритуала. Попытаться сбежать, несмотря на кровоточащие раны. Не испугаться гнева старших и явиться на пир. Еще и вести себя на нем с достоинством императрицы.
Одним словом, лиса… Никто ей не указ, ни перед кем спину гнуть не желает.
Интересно, сколько ей лет? Внешне она выглядит не старше Шаоюй, но глаза выдают зрелый возраст…