— Устроили фарс, — пренебрежительно фыркнул он, оглядывая выстроившихся в очередь больных.
— Сюй, позаботься, — приказал племяннику.
Молодой человек аж просиял от поставленной задачи, поклонился и легко затерялся среди толпы зевак.
— Не волнуйтесь, мы ее спасем, — пообещал мне лис. — Не могу отказать, когда меня просят красивые барышни, еще и столь интересные.
— Вы знакомы? — напряженно уточнили за моей спиной.
Вот же… Младший господин отвлекся от охраны сестры и решил проверить меня. Да и старшая госпожа смотрит так, словно ядом плюнуть хочет. Нужно будет намекнуть ей, что племянник господина Яна не подходящая партия для Шаоюй, а то детки родятся пушистыми и с хвостами…
— Барышня Да спасла моего племянника, — радостно сдал меня лис.
Та-а-к… Сколько там у него хвостом? Пять? Можно будет укоротить на один, чтобы меньше болтал.
Хайлин дураком не был и понял все совершенно правильно.
— Безмерно рад познакомиться с родней барышни Да. Мы вам обязаны. Прошу, не стесняйтесь назначить цену. Я отплачу за ваш дар.
— Цена уже уплачена, — поскучнел лис. — Но я был бы не против видеться с племянницей, когда она этого захочет.
Племянницей? Что-то новенькое.
— Там же? — напрягся Хайлин.
Лис очаровательно улыбнулся, черные глаза потемнели, воздух сделался тягучим.
— Буду премного благодарен, — еще шире улыбнулся он, и Хайлин зачарованно кивнул в ответ. Вот как работает лисья магия!
Вмешаться не успела. Сбоку что-то грохнуло, послышались вопли и площадь разом погрузилась в хаос. Дружно визжали барышни со служанками. Ругались мужчины. В воздухе летала солома, пыль — часть крыши обвалилась, засыпав стоящих в оцеплении солдат.
— Прошу нас извинить, — толкнула я увлекшегося лиса в бок. Тот мгновенно сориентировался, кивнул господину Жэнь и потащил меня в самый хаос.
Сквозь испуганные крики я слышала команды бросившегося наводить порядок Хайлина.
Каким-то невероятным образом нам удалось пробраться за сломавшееся оцепление. Из-за соломенно-пылевой завесы на нас периодически выскакивали неясные фигуры, но господин Янь ловко избегал столкновения с ними, уверенно ведя меня за собой.
Наконец, мы выбрались на чистое пространство. Перед нами неуверенно мялись собравшиеся бедняки. Они чуть отступили от обвалившейся крыши, но уходить не спешили.
Я прошлась взглядом по измученным тяжким трудом лицам…
— Всем не поможете, — предупредил шепотом лис. Мысли он мои читает, что ли?
— Но если желаете, могу ночью из храма доставить вас сюда. Попрактикуетесь.
Искушение было слишком велико, а стоящие впереди люди выглядели, как сама безнадежность, что я кивнула. Потом придумаю, как лучше все устроить, а пока… Нашла взглядом ту самую женщину, поманила к себе.
— Госпожа, — та попыталась упасть на колени, протягивая мне малышку. Я шагнула ближе, взяла на руки ребенка — одна кожа да кости, под рубашкой прощупывались ребра, частые, как бамбуковые палочки.
— За мной, — скомандовала я матери, бережно прижимая девочку к себе и с тревогой прислушиваясь к тяжелому дыханию. Тут и без рентгена ясно — минимум бронхит, максимум воспаление легких.
Девочка почти ничего не весила, но все равно идти с ней было непросто, и я была рада, когда лис забрал ее себе.
На площади все еще царил хаос, однако поднятая пыль уже осела, порядок восстанавливался. Распорядитель что-то сипел сорванным голосом, ругаясь на хозяина дома, чья крыша столь не вовремя обвалилась. Тот мял в руках шапку, даже не думая оправдываться. Дамы нервно обмахивались веерами. Девицы пытались незаметно проверить в порядке ли их наряды. Солдаты убирали мусор.
Наше появление прошло незамеченным. Я бочком добралась до столов.
Так и знала — Шаоюй была единственной, кто не прервал прием больных. Из таких получаются отличные врачи, которые до последнего борются за жизнь пациента.
Она заметила меня, господина Янь с ребенком на руках и глаза ее округлились.
— Посмотри ее, — попросила я, и мужчина посадил девочку на край стола. — Жар у нее, похоже, давно. В легких воспаление. Кашель с мокротой.
Шаоюй прищурилась — я раньше не проявляла больших успехов в теории целительства, а тут сразу диагноз поставила.
Она поднялась со стула, встала напротив девочки, положила ладонь ей на спину. Замерла, оценивая состояние ребенка.
За нами послышался какой-то шум, раздались злые крики.
— Кажется, наш пример придал кому-то храбрости, — задумчиво заметил лис, оборачиваясь.