Ноги отказывались идти, но он заставил себя двинуться по дорожке прочь от искушения. Почти побежал, задыхаясь от обуревавших чувств.
Добравшись до собственного павильона, остановился. Стукнулся лбом о деревяшку двери, проклиная тот день, который их свел, свою слабость и ее власть над ним.
«У бедной лисы на ужин лишь рис был», — крутилось в голове, и Хайлин понял — не уснет.
— Оценит ли она мою доброту? — пробормотал он, отправляясь на кухню — распорядиться принести несносной лисе курицу.
Месяц спустя
— Твой брат убьет нас обоих, — пробормотала я, усаживаясь в повозку. Шаоюй метнула в меня предупреждающий взгляд. А то Хайлин не заметит, что у служанки такое знакомое лицо?
Черт. Не заметил! Увлекся проверкой охраны и припасов, а самого главного, что сестра едет служанкой, не увидел. Слепая курица!
Шаоюй верно рассчитала — на слуг господа внимания не обращают: есть в наличии и ладно. Уверена, он даже имени личной служанки сестры не помнит. Зачем?
Меня мужчина тщательно проверил, ощупал подозрительным взглядом, словно я замышляла нечто недоброе…
Замышляла, но не я. И вообще, меня заставили. Буквально вынудили шантажом согласиться на подмену.
Честно сказать, я до последнего надеялась, что обман будет раскрыт. Хайлин поорет, не без этого. Поугрожает всем головы открутить, а потом отправит Шаоюй обратно и мне не придется переживать о том, что я тащу его сестру в логово зверя.
Но кто-то невовремя ослеп.
Шаоюй с удобством устраивалась, проверяя запихнутые под скамейку сундучки. Дорога предстояла дальняя… На лице царила уверенность человека, который, наконец-то, принял решение и будет следовать ему до конца.
Главное, я и сама не поняла, как согласилась с ее планом… Идиотским, нужно сказать, однако хорошо аргументированным.
— Ты провалишься еще до отбора, — уверенно заявила мне Шаоюй, после того как на нас вывалил «жуткую новость» Лан. Бедолага решил, что меня насильно и без моего ведома отправляют во дворец — план господина сдала готовящая мой багаж служанка. Мальчишка перепугался так, что аж заикаться начал, пока говорил.
Когда выяснилось, что я сама согласилась, на лице Шаоюй нарисовалась настораживающая заинтересованность.
— Сцепишься с кем-нибудь из претенденток, еще покусаешь…
— Нужно мне их кусать, — проворчала я, мысленно соглашаясь — сцеплюсь. Выдерживать провокации у меня плохо получается.
— Но даже если дойдешь до отбора, что там продемонстрировать сможешь? — на меня глянули снисходительно. — Вышиваешь ты… уж прости, как лиса лапой. На гуцине не играешь. Наизусть Конфуция не знаешь. Да и стихи никогда не слышала, чтоб сочиняла, кроме того ужаса, — она нахмурилась, вспоминая: — «Села муха на варенье, вот и все стихотворенье».
И плечами передернула от отвращения. Нормальный, между прочим, стих, получше некоторых будет. Главное, образный такой.
— Так что даже не обсуждается — еду я. Ты не будешь позорить фамилию Жэнь.
И откуда у нее вдруг такая преданность семье? Странно.
— Хочешь замуж за принца? — поинтересовалась я с подозрением.
На меня посмотрели, как на тронувшуюся.
— Я желаю получить награду за отбор, — снизошла Шаоюй до откровенности. — Драгоценности или титулы меня не интересуют. Я хочу поступить в Высшую императорскую школу. С прошлого года туда девушек принимают на лекарское отделение. Обучение за счет короны, а после можно будет собственную целительскую открыть, — размечталась она.
Я глянула с недоверием.
На что она рассчитывает? Что семья не посмеет оспорить награду от императрицы?
Допустим.
А после обучения ее поздно будет уже замуж выдавать?
А вот тут я бы поспорила. Всегда найдутся желающие прибрать к рукам дочь из знатной семьи, еще и с престижным образованием.
Но кто я, чтобы отговаривать человека от мечты? Мне же проще… Отбор проходить в разы сложнее, чем играть роль служанки. Однако…
— А если выберут тебя?
— Пусть только попробует, — хмыкнула Шаоюй таким тоном, что я заранее посочувствовала его высочеству.
Впрочем, насколько мне известно, выбор делается императрицей. Столичные семьи наверняка уже застолбили места дочкам, провинция же приглашается в качестве массовки, ну и показать, что власть помнит и ценит, и дает шанс добраться до трона. Мизерный, правда.
Естественно, я не согласилась.
А если вместо лекарской школы, Шаоюй отправят в наложницы императора? Я ж себе не прощу. Собственными руками, можно сказать, к погибели приведу…