Огонь костра цветком алел меж деревьев, маня теплом. Но я-то стрелянная лиса… точнее едва не подстреленная.
Не меньше получаса лежала, вслушиваясь в темноту. Костер уже начал прогорать, но на полянке около реки было подозрительно тихо. До меня доносилось лишь уютное потрескивание сучьев в огне.
Спят? Умерли? Неопределенность нервировала, заставляя прижимать уши и хвост.
Однако голод с любопытством перевесили, и я поползла к огню.
Человек был один. Мужчина. Темной горой он неподвижно лежал на циновке, укрытый старым плащом. Тяжелое дыхание, а еще запах крови и гнили подсказали, что человек ранен. И рана его скверная…
Тенью я проскользнула по пригорку, обнюхивая вещи. Мужчина явно не первый день шел пешком. Все пыльное, потертое.
Сунула нос в мешок. Чихнула от запаха чернил и лекарств. Наткнулась на тканевый мешочек. Обрадованно потащила наружу. Прогрызла дыру. Жеванула сухой рис. Не впечатлилась.
Покосилась на спящего, тот даже не пошевелился.
Продолжим… Где-то тут должен быть котелок…
Котелок обнаружился у реки. И, слава Богу, в нем была рыба! Свежепойманная! Пара плотвин, пятерка уклеек и один подлещик.
Я забыла обо всем, с упоением вгрызаясь в рыбины, не замечая ни чешуи, ни запаха тины. Опомнилась лишь когда в пасти хрустнула последняя косточка. Оглядела следы пиршества. Слизнула чешую с шерсти.
Все-таки я дурная лиса. Кто жрет ворованное там же, где украла? Надо было хватать котелок и тащить в кусты.
Огорченно тявкнула и поспешно заткнула пасть хвостом.
Сытость вернула способность соображать, и в голове появились мысли не только о еде. Например, о том, что одежда у мужчины не выглядит современной, а его пожиткам место в музее… В совпадение: два ролевика в одном лесу мне не верилось. Что в итоге?
Села на попу. Лапой подкинула ветку в костер, потом добавила еще пару. Огонь благодарно принялся пожирать подношение. Я смотрела на пляшущие языки пламени, думая о том, что ведьма закинула меня столь далеко, что выбраться отсюда я не смогу при всем своем желании… Боюсь, медицина мне тоже не помощник. Пробиться сквозь время? Такое ей не под силу. Мне срочно требовалось чудо. Значительное такое…
Мучительный стон уткнулся в спину, плеснув холодом на лопатки.
В следующий момент я уже стояла в темноте, под кустом, готовая дать деру.
Но мужчина не шевелился, и я чуть успокоилась, выдыхая.
Однако, пора и честь знать. Как говорится, спасибо за гостеприимство, но раз у вас ничего больше нет…
Следующий стон поймал меня с поднятой вверх передней лапой.
«Пить», — прошелестело еле слышно.
Шевельнулась совесть: еду украла, съела, а теперь сбегаешь?
Воровать для лис нормально, — фыркнула в ответ.
В ответ совесть окатила сознание едкой волной, заставляя испытать жгучий стыд. Напомнила о многом. Например, о том, что мне самой требуется помощь. Причем и душе, и телу, лежащему в больнице. А если кто-то вот так же равнодушно пройдет мимо? Не протянет руку? Если родные решат, что держать меня в больнице слишком дорого?
Чем я могу ему помочь?! — раздраженно проворчала, возвращаясь к костру. У меня же лапки!
«Пить», — простонал мужчина.
Спустилась к реке. Преодолевая отвращение, вошла в воду, держа в пасти котелок. Пополоскала, как могла. Набрала воды. Вернулась. Постояла рядом с мужчиной — какой же он здоровый с моих примерно сорока сантиметров в холке.
Оперлась передними лапами на его грудь, поставила котелок перед лицом. Чуть наклонила, давая выплеснуться воде на спекшиеся губы.
Мужчина жадно сглотнул и пришел в себя. Зашарил рукой. Конечно, первым делом коснулся меня.
Фу-у-у. Я мотнулась к костру. Нервно дернула шкурой. Ощущение чужих пальцев на шерсти воспринималось чем-то отвратительным. Хуже могли быть только блохи…
Глава 3, в которой лиса не разговаривает, но заставляет угадывать ее мысли
Мужчина нашел стоящий на груди котелок, торопливо припал, глотая. Я смотрела с ненавистью, прижав уши. Не выдержала, ругнулась. Услышав мое тявканье, мужчина замер, повернул голову, недоверчиво нахмурился, потом вдруг расплылся в улыбке:
— Лисичка, это ты мне воду принесла?
Отдышался, морщась от боли. Видно было, как тяжело ему даются слова.
— Ты дух? Боюсь, соблазнить меня не получится, — криво усмехнулся он. — Не в том я состоянии. Да и взять из сил нечего… Почитай мертвец.
Я гневно фыркнула. Соблазнить? Да за кого он меня принимает? Я честная лиса, а не эти… Которые девятихвостые и по постелям прыгают без всякой морали. Хотя может, это сказки запавших на красавиц мужчин, которых никто и не думал соблазнять…