До того, как нас оповестили о времени визита к императрице, мне удалось выкроить пару часов сна.
Быстро плеснула воды в лицо, накрасила Шаоюй, помогла ей с одеждой. Мне принесли дворцовую униформу, так что я надела темно-синее платье, повязала белый передник, став одной из многих теней дворца. Прекрасно. Меньше внимания — меньше вероятности попасться.
За нами прислали столь пожилого евнуха, что я боялась, как бы он не помер по дороге. Похоже, людей и правда не хватает, раз они стариков задействуют.
На улице шел легкий снежок, и я несла зонтик над Шаоюй, пряча ее от снега.
— Будь особенно осторожна с министерскими дочками. Если его высочество выделит тебя среди остальных, эти явно попытаются убрать. Не обязательно убить, скорее опорочить.
— Если он посмеет, — еле слышно проговорила А-Юй, — я ему слабительного в чай добавлю.
— Тогда забудь про дар от императрицы. Опороченной девице его точно не дадут.
Шаоюй сердито засопела, но спорить не стала. Понимала, что я права. Сейчас у нее собственная битва, на которой я разве что спину могу прикрыть, да и то не всегда.
Павильон вдовствующей императрицы был в разы больше нашего и намного богаче. Среди падающих снежинок сверкали золоченые кончики крыши, на них разместились фигурки драконов и летучих мышей. У входа стояли статуи драконов. Замерли евнухи, окидывая нас колючими взглядами. Стражи охраняли внешний периметр гарема, а внутри охрану несли лишь евнухи в зеленых ханьфу. На поясах — связки ключей, как знак особого доверия.
Едва поймав настороженные взгляды мужчин, я тут же опустила голову. И дальше моя экскурсия проходила исключительно по нижней части дворцовых интерьеров. Массивные основания покрытых красным лаком колонн. Резные решетки перехода, соединявшего гарем и зал приемов, куда было позволено заходить мужчинам, и где императрица проводила встречи с чиновниками, а принцы приветствовали бабушку по утрам и вечерам.
Под ногами забелели мраморные плиты пола. Навалились запахи всевозможных благовоний, острый слух улавливал шелест шелковых нарядов, взмахи вееров, сдержанные разговоры.
— Слышала, наложница Су совсем плоха.
— Говорят, она споткнулась и лицом упала в жаровню.
— Ужас какой! Такая печальная судьба. Надеюсь, целители смогут ей помочь.
— Ты слишком добра, сестра Сяо. Если кто и заслужил ходить со шрамами на лице, так это Су Юньшан.
— Тише, сестра. Ты же знаешь, император ей благоволит.
Шаоюй чуть замешкалась на входе, но потом определила группку особо разряженных девиц и уверенно направилась к ним.
Ее окатили ледяными взглядами разной степени презрения.
— Барышня Жэнь, если не ошибаюсь, — холодно произнесла одна из девиц. Явно местный лидер. Пытается держать всех под контролем и выполнила домашнее задание, собрав информацию о соперницах.
Я себя ущемленной почувствовала. А с чем пожаловали мы? Ноль плана и минимум подготовки.
— Вы правы, — поклонилась Шаоюй.
— У вас, кхм, оригинальная прическа. Так носят на юге? — поинтересовалась вторая.
— Моя служанка с северного приграничья, так принято у ее народа, — ответила Шаоюй, и я ощутила, как чужие взгляды царапнули кожу.
Спокойно! Стоим, дышим, изучаем пол и подолы платьев. Вот тот узорчик вполне миленький.
Ответить никто ничего не успел, так как визгливый голос евнуха перекрыл сдержанные разговоры дам:
— Ее величество вдовствующая императрица из дома Цзи и его высочество наследный принц.
Все дружно опустились в поклоне, коснувшись лбами пола.
Занятное ощущение — не просто быть частью толпы, а еще и осознавать чужую власть над собой. Причем абсолютную. Захотел — голову отрубил, на пытки отправил или ударами палок наказал. Коленки сами собой подогнулись, одним словом. Вот оно массовое сознание толпы. Выделился — на шаг ближе к смерти стал.
Черт! Как же хочется, хоть одним глазком взглянуть на властительницу гарема!
Когда поднималась, мельком скользнула взглядом по сияющему золотом трону. Статная женская фигура, что-то сложное, массивное и усыпанное драгоценностями на голове, сурово поджатые губы и усталые глаза с давящей аурой во взгляде.
Принца рассмотреть не успела. Это ничего. Нам все равно предстоит встретиться.
Дальше начался прием. Мы со служанками по стойке смирно, склонив головы, застыли у колонн, нам в спину дышали евнухи, впереди стояли придворные дамы. Ближе к трону выстроились двумя шеренгами наложницы, дальше к двери — пятнадцать претенденток на сердце принца.
Представление, поклон. Короткие вопросы от императрицы о здоровье семьи к фавориткам и уничижительное хмыканье к неудачницам.