— Бежим, — потащила за собой Лана.
— А брат? — уперся ногами пацан.
Я видела, как Хайлин уже выбежал из зала.
— Тебя спрячем, и сразу вернемся, — пообещала я, не представляя, чем можно тут помочь. Мечом махать я все равно не умею.
Снаружи стало совсем холодно. От встретившего нас ледяного ветра по коже побежали мурашки.
Хайлин целенаправленно несся куда-то с сестрой на руках.
Мы следом.
И тут споткнулась я.
Остановилась. Поймала взглядом кружащуюся в воздухе снежинку.
Его высочество не ошибся. Снег действительно пошел.
«Не убьешь простой железкой», — эхом зазвучало в голове. А если не простой? Но пустой?
— Лан, догоняй Хайлина, мне нужно вернуться.
— Нет! — ледяные пальцы мальчика вцепились мне в ладонь.
Господин Жэнь добрался до испуганно жавшейся к стенам, ограждавшим дворцовую площадь, группки из слуг и евнухов. Передал кому-то девушку и бегом вернулся к вам.
— Жить надоело? — раздраженно поинтересовался он у меня и потребовал: — Уходите быстрее, — взглядом цепляясь за вход в зал, где шел бой.
— Отвечаешь за него, — я отодрала от себя младшего принца, впихнула в руки опешившего Хайлина и помчалась обратно. Снег усилился, кружа вокруг белой пеленой, и что-то в груди отзывалось на царящую вокруг круговерть.
— Ва-а-аше высочество! — с истошным воплем пастуха, разыскивающего корову, ворвалась я внутрь.
Здесь уже остро пахло кровью. Одно тело, кажется, князя, валялось на полу. Страж с принцем все еще бились, но явно из последних сил.
Сволочь! Урод! Это я про императора.
Внутри колотился страх, мешаясь с азартом и предвкушением.
Желание прибить гадину — развел бестиарий во дворце — было столь сильно, что жемчужина сама прыгнула в ладонь.
Белый свет засиял нестерпимо ярко, и я прикрыла, спасая, глаза, а когда открыла — мне в лицо летел сгусток тьмы.
В спину с силой толкнули, уводя с линии атаки и подставляясь самому.
Дурак! — успела подумать я о Хайлине, как брошенный высочеством меч сбил посланную в нашу сторону смерть, и оба клинка с металлическим звоном покатились по полу, не собрав кровавую жатву.
Меч принца замер шагах в трех от меня. Выемка на навершии была пуста, подтверждая мою догадку.
Огонек в руке встрепенулся, словно увидев кого родного. Я не стала мешать, разжала пальцы — жемчужина белым шариком долетела до меча. Клинок взмыл в воздух, окутавшись серебристым сиянием, а потом, повинуясь зову хозяина, вернулся к принцу.
Я видела, как лицо императора искривила удивленная злость, как он ошибся, пропустил удар, как втроем: принц, его страж и Хайлин загнали его в угол, и как высочество пронзил сердце того, кто когда-то был его отцом.
Эпилог
— Было так страшно, когда они напали на усадьбу.
Лана все еще трясло от пережитого, и он рассказывал, глотая окончания и слегка заикаясь.
— Они напали ночью, подожгли дом, но господин Жэнь смог отбиться. Я сам слышал, как люди императора обсуждали по дороге, что наместник собрал изрядно сил и придется возвращаться с новым отрядом, чтобы убить изменника и его семью. Можете не волноваться, младший господин Жэнь, ваша семья жива. Как только нападавшие схватили меня, они покинули ваш дом.
— Благодарю за добрые вести, ваше высочество, — Хайлин склонил голову.
— Это вам спасибо за то, что усилили охрану, и на моей совести нет смерти ваших родных, — Лан тоже встал, поклонился. И тут же повалился обратно, обнимая меня за талию и вжимаясь лицом в живот. Режим «высочества» был выключен.
— Ли Я, если бы ты знала, как страшно было!!! Меня три раза стошнило по дороге. А эти… смеялись надо мной!
Я сочувственно гладила его по острым лопаткам. Сердце сжималось от жалости. Бедный ребенок! Сколько всего ему пришлось пережить.
Мы так никуда и не ушли из приемной залы. Сидели с принцем на полу, прислонившись к колонне. Рядом, на плаще, лежала пришедшая в себя Шаоюй, и придворный лекарь втыкал в нее напоенные силой иголки. Я свои услуги предлагать не стала, боясь раскрыть лисью сущность.
Князя унесли — зашивать.
— Выкарабкается, — уверенно заверил нас целитель. — Князь Ду крепкий. Для него такая рана пустяк.
На мой взгляд, крови там было столько, что я бы точно не назвала это пустячной царапиной, но профессионалам виднее.
Охрана зала почила вместе с императором. Дворцовая стража, евнухи, служанки. Все те, кто близко и долго общался с демоном, впитывал его темную энергию, после смерти хозяина превратились в высохшие мумии. Самым было страшным то, что они так и остались на своих местах: почерневшие, с запавшими щеками, обнажившимися зубами и провалами вместо глаз.