Напрасно Ира пыталась убеждать, что жизнь не кончается. Она даже, наступив себе на горло, однажды заявила, что Игорь бы не хотел, чтобы Катя так по нему убивалась. Вот только, говоря это, Ира подумала:
«Возможно, как раз таки хотел бы...».
На пятый день, когда Катя, превратившаяся в бледную тень, опять не притронулась к еде, Ира в сердцах швырнула в нее тарелкой с кашей и заорала:
— Да возьми ты уже себя в руки! Хоть раз в жизни прояви характер! Не позволяй ему достать тебя из могилы!
В это мгновенье она практически ненавидела Катю, хотела как-то ее уязвить, чтобы вырвать из апатии.
— Тряпка! Безвольная дура!
Ира прикусила язык, ужаснувшись собственной вспышке. Но Катя вдруг пошевелилась на кровати, повернула голову и посмотрела на Иру таким знакомым ей, по-собачьи преданным взглядом. Она словно просила:
«Да, обзывай меня, говори, какая я жалкая! Ведь это наслаждение — унижаться!»
Катя съела всю кашу, которая осталась в тарелке, и даже подобрала ее остатки с одеяла и своей одежды. Наблюдая за ней, Ира ощущала себя так отвратительно, как никогда в жизни. Но на следующий день, когда Катя опять отказалась есть, Ира снова заорала на нее и добилась успеха. Что она могла поделать, если только постоянные окрики и оскорбления могли вернуть Катю к жизни.
Постепенно дела налаживались. Ставшая в одночасье богатой Катя продала с помощью Иры огромную квартиру и купила поменьше, где поселились вдвоем. Ире даже начало казаться, что Катя еще сможет жить нормально, она стала иногда одевать красивые вещи и даже устроилась на работу в магазин.
Именно там Катя познакомилась со своим вторым мужем. Он был далеко не так красив, как Игорь, да и деньгами похвастаться не мог. Обычный мужик-работяга, грубый и глуповатый. Но Катя в нем души не чаяла, находила все новые достоинства. И когда он орал на нее, совершенно не стесняясь присутствия Иры, Катя лишь покорно мямлила.
Сперва Ира пыталась вмешиваться, все еще надеясь сама не зная на что. Но когда новый муж Кати сломал ей в драке нос, а сестра бросилась вытирать ему маленькую царапинку на щеке, проигнорировав залитую кровью Иру, та решила: хватит.
Ира перестала слушать слезливые уговоры Кати, съехала на квартиру к подружкам и постаралась больше не думать о сестре.
В конце концов, если человека все устраивает, то не нужно вмешиваться в его жизнь. Верно?
Кость преткновения (позитивное)
Напряжение, разливавшееся под сводами шатра, можно было черпать ковшом и кормить им лошадей, наверняка они бы после этого скакали быстрее ветра.
Собравшиеся в центре молодые мужчины смотрели друг на друга волками, будто каждый подозревал другого в краже своего стада. Рассевшиеся у стен старики с улыбками наблюдали за юношами, вспоминая собственные весенние годы. Немногочисленные девушки и женщины хихикали, прикрываясь расшитыми бисером платками, и шепотом оценивали достоинства парней.
А взрослые, но еще не старые мужчины подбадривали молодежь:
— Подальше отойди! Она далеко лететь будет!
— Выше прыгай, сынок!
— Распихай их всех!
Со своего почетного места возле котла с отварной бараниной поднялся жених. Ему предстояло провести церемонию, которая была почти так же важна, как и та, во время которой он соединил свои руки с руками невесты над священным огнем очага. А для многих даже важнее.
Едва жених встал, все разговоры, будто по волшебству, стихли. В полной тишине он поклонился сидящей невесте, коснувшись кончиками пальцев земли, и принял из ее рук большую бедренную кость. Она была еще теплой и слегка сыроватой на ощупь. Жених и невеста вместе обглодали эту кость в знак того, чтобы теперь всегда будут делить пищу.
Юноши уставились на кость жадными взглядами, как будто она до сих пор была покрыта мясом.
Жених, остановившись возле них, высоко поднял руку, размахнулся и... со всей молодецкой силой зашвырнул кость почти к самому выходу из шатра. Она еще не успела достигнуть высшей точки полета, когда среди юношей началась свалка. Одни подпрыгивали, пытаясь дотянуться до кости, другие хватали их и валили на пол. За несколько мгновений были сломаны два носа, подбит один глаз и прокушено ухо.
Самые сообразительные из парней прикинули, куда летит кость, и отбежали в сторону. Но другие, не менее умные, проследили их движения и бросились в погоню.
В месте падения кости на полу образовался клубок из тел, где спутались руки, ноги и пестрые полы халатов. Зрители свистели и улюлюкали, подбадривая бойцов. Девушки с преувеличенной робостью выглядывали из-за платков, оценивая силу и находчивость молодцов.