Вспоминаю это к сообщению о повреждениях в Лондоне и Манчестере и о налете бомбовозов на Венецию. А вдруг шальная бомба попала в дворцы этого города-музея? Нельзя представить налет на Акрополь или на Рим. Но также невозможно вообразить разрушение Венеции. С высоты можно нанести вред непоправимый.
Венеция, чудесная Венеция вся построена на сваях. Известно ли, как влияют на лагунную почву взрывы? Но знаем, что Кампанилла обрушилась от каких-то почвенных условий. Знаем, что большие суда опрокидываются не только от прямого удара бомбы, но и от взрыва вблизи судна. Из Лондона писали, что на расстоянии двухсот ярдов от взрыва летевшие железные балки пробивали крышу дома и проникали в квартиры. Последствия взрывов вообще не учесть. Но венецианские свайные лагунные дворцы и храмы могут быть особенно чутки к сотрясениям.
Иногда кажется, что прежде больше жалели произведения искусства. О Кампанилле больше ужасались… А теперь? Огрубение ли? Где же Культура?
25 Декабря 1940 г.
Публикуется впервые
Полнота жизни
Хорошо, что довелось воочию встретиться со значительными деятелями прошлого поколения. Лев Толстой, Владимир Соловьев, Дмитрий Григорович, Максим Ковалевский, Владимир Стасов, Милютин… Затем Пуанкаре, Станиславский, Римский-Корсаков, Куинджи, Репин, Виктор Васнецов, Суриков, Пюви де Шаванн, Роден, Тенишева, Третьяков, Тагор, Лосский, Метальников, Врубель, Горький, Леонид Андреев, Блок, Дягилев, Ремизов — все такое разнообразное! Даже вспоминать в одном ряду странно. Но в жизни все эти встречи и многие другие складывались под знаком дружелюбия и дружбы. С признательностью вспоминаются такие вехи пути.
Но где же полнота жизни, если нет претерпения предательства?
Испытали ненасытную враждебность клана Бенуа, которого Щербов называл коварным бен-Уа. Познали предвечные наскоки всяких макак и мартышек. Много чего было. Но этого мало. Говорят, что жизнь неполна без претерпения предательства. Должно оно произойти от сотрудника. Это "амплуа" предателя судьба предоставила американскому гангстеру. Подкрался под овечьей шкурой протоплут и архиклеветник Хорш. Не мы одни почувствовали его темную лапу. Как жаль, что Америка оказывается питомником гангстеризма — так признают и сами американские писатели.
С глубоким знанием гангстерского кодекса Хорш провел давно задуманное предательство. Думается, что полнота жизни преисполнилась. Все — налицо, наполнена чаша.
В дни Армагеддона особенно звучит всякое человеконенавистничество. Экое длинное слово, но также пространно наносит оно вред Культуре. Вот и еще длинное слово — вредительство. Последние десятилетия образовали особый класс людей — вредителей. Говорят, что человеконенавистничество и вредительство всегда и раньше свирепствовали в полной мере. Но, кажется, что среди изгибов мнимого прогресса эти мрачные ехидны особенно кристаллизовались. Суперфосфаты мнимых достижений, вероятно, создали питательную почву для гадов.
Прошел со-роковой год. Труден и наступающий. Пошлем всем друзьям привет на трудных путях.
Января 1941 г.
Публикуется впервые
"Новая Земля"
"Новая Земля" — северная картина. Новгородцы на расписных стругах среди льдов на крайнем Севере — может быть, у полюса. Ничего не страшится вольница. Дивуется на моржей и на льды бескрайние.
Думалось, когда-то отвезти картину на Родину. Но вышло иначе. С Лагорской выставкой пошли новгородцы к радже Тери-Гарвал на границу Непала. Вот куда забрались мужи Новгорода. Именно эту картину захотели молодые раджи.
Казалось бы, на выставке были и "Гималаи", и "Гуру Чарака", и "Вестник от Гор", и "Охота", и "Замок Такуров" — много было здешних помыслов. Но вот поверх всего приглянулись новгородцы. Сразу нагрузили на мотор — три моих и две Святослава картины — и уехали в свою удаленную вотчину. И фото не удалось снять, а там на месте уж, наверно, снять не сумеют. Много не снятых картин.
В то же время ежегодник в Пальгате на самом юге Индии поместил своего "Святогора" — в горах. В Траванкоре — "Открываем врата", в Аллахабаде — "Новгородский погост". В Лагере воспроизведен "Старый Псков" из "Псковитянки". У Тагора — "Берендей". На "Новую Землю" всюду взглянули. А ведь говорили: "Не поймут!"
Почему не понять? Там, где нет предрассудков, там и понимание легко. Ведь оно не в рассудке, а в сердце. Вот мой "Микула" объехал и Ахмедабад, и Мисор, и Тривандрум, и Бомбей и во многих журналах был отпечатан. Был на выставках и "Иранский эпос", но все же далекая "Новая Земля" приковала внимание. Трогательно нам видеть это внимание.