Сибирская поговорка: "Быват и корабли ломат, а быват и не ломат".
16 Октября 1941 г.
Публикуется впервые
Америка
Сейчас пришло письмо Зины от 21-го Августа — необычайно быстро. Но предыдущее письмо Зиночки было от 30-го Июня, и мы думаем, что между 30-м Июня и 21-м Авг [уста], вероятно, были еще вести от Зины.
Блуждают ли они или погибли — по нынешним временам все возможно. Вероятно, та же участь постигает и наши письма, ибо странно, что, как Вы пишете, более месяца наших писем не было, а ведь мы пишем не менее трех раз в месяц. Как печально, что Зина проболела всю свою поездку в "Либерти". Полагаем из Вашего последнего письма, что Дедлею теперь лучше, но как медленно обычно восстанавливается слух после воспалительного процесса в ухе. К тому же сейчас и все пространственные токи дают необычайные явления. Не знаем, как у Вас, но и в Европе и в Азии был почти полный перерыв радиопередач и даже телеграфных сообщений из-за необычайных северных и южных сияний. Впрочем, человечество настолько погрязло в ненависти и во взаимном уничтожении, что даже космическое явление, имеющее непосредственное важнейшее значение для планеты, мелькает как обычное очередное сообщение.
Благодарю за письмо от Дельфийского Общества и за сообщение об избрании меня почетным членом 0бщ[ества] имени Фильда. Вы поступили правильно, передав этому обществу мою признательность. Вероятно, у них имеется устав Общества и будут списки участников, хотелось бы их иметь. С Дельфийским Обществом следует поддерживать добрые сношения, ибо это женское движение заслуживает сочувствия. Таким образом, на листе друзей прибавилось два хороших общества. Еще и еще раз мы убеждены, что друзей-то очень много, но они, к сожалению, рассеяны по разным штатам.
Сообщение Ваше о поведении Кеттунен любопытно. Характеристика ее национальности выявилась полностью. Конечно, не может быть и речи о сотрудничестве с людьми, которые так ясно показали свою корыстную сущность. Не передавала ли она еще каких любопытных подробностей о поведении грабителей? Через полк. М. мы послали Вам набор открыток. Если посылка дойдет благополучно, то мы могли бы и еще собрать открыток на те же сюжеты. Хотя и у нас их очень немного остается.
24 Сентября 1941 г.
Публикуется впервые
Курукшетра
"На поле Куру" — начинается описание великой битвы. И сейчас на том же поле собрался миллион людей. Будет такое же солнечное затмение, как было во дни Махабхараты. Жадно и чутко прислушиваются, присматриваются множества людей. Еще раз вспоминают заветы Бхагавад Гиты.
Тут же сгустились и электромагнитные знаки. Уже два дня почти прекратилась радиопередача. Сперва шла с какимито ритмичными вздохами, а затем замерла совсем по всем станциям, по всем волнам.
Вчера вечером получилась лондонская передача. Сообщила, что происходит небывалое явление: одновременно и северное и южное сияние, и радиопередача повсюду нарушена. Странно наблюдать, когда радиоаппарат совершенно умолкает — умирает на целые дни. Казалось бы, все в порядке, батарея исправна, погода ясная, тихая. На горах ранний снег. Ночью все небо засеяно звездами. Еще не зима. О бурях на перевалах не слышно. Но "волшебный ящик" умер.
Можно себе представить, как бедствуют те, кто ждет срочных сообщений. Ведь и телеграфные пути тоже пресеклись. А тут еще и затмение, как во времена Махабхараты, и солнечные пятна! Ученым — разнообразие для наблюдений и сопоставлений. Конечно, малы земные горизонты. Величайшее космическое событие дойдет к нам через тысячи лет. Давно уже нечто испепелилось, а мы еще живем в иллюзии очевидности.
Ох, уж эта очевидность! Как она далека от действительности! В Майе живет человек. Одержим множеством незримых, неощутимых условий. Относительность! И самый прозаичный быт полон чудесности. Чудеса отменены, а чудесность бытия стучится во все двери.
Три месяца войны. Отдан Киев. Бой на юго-восток от Харькова. Всего три месяца! Германцы потеряли под Киевом всего тридцать тысяч. Под Иван-городом — сто десять. Под Ипром — триста тысяч. Под Верденом — миллион.
22 Сентября 1941 г.
"Россия"
Культура
Культура — одно, а политика — другое. Говорят, что они сестры, но ведь и сестры не всегда в ладах живут. Да и сестры ли? Носитель Культуры подчас ужасается поведению политика, а тот ехидно высмеивает идеализм культурного деятеля. С точки зрения политика, многие действия Культуры непозволительны, но труженик Культуры не поймет политических перегородок. Он действует прежде всего во имя человечности, а для политика гуманитарные основы закрыты паутиной предрассудков. Да еще каких предрассудков! Подстать средневековым суевериям. Но не подумайте намекнуть политику о его предрассудках. Ощетинится злейший враг.