Бывали где-то в иных землях слабые духом, бывала среди них позорная эпидемия шовинизма, бахвальства, надутой убийственной гордыни. Им не дано созидать, но дано осуждать чужие достижения, приписывать соседям то, чем сами болеют. Ревниво оберегают свое лукошко, а в лукошке, может быть, шиш.
Но русский народ знает сокровище, ему доверенное. Велико оно, и потому могут быть допущены многие сотрудники. Всем найдется работа, всем хватит места. И все созданное в сотрудничестве остается русским. Иноземная рука не кривит русский творческий путь. Киевская София — русская. Московский Кремль, Василий Блаженный — русские. Соборы во Владимире, на Нерли, в Юрьеве Польском — русские. Можно много перечислять, где сотрудничество славило русское творчество.
И никогда, никогда русский народ не был повинен в гнилом шовинизме. А теперь открываются новые скрыни, где веками захоронены творческие сокровища. Не бывало на Руси столько экспедиций, раскопок, реставраций, градостроительства, как теперь. Народное сокровище найдено и обережено. Народ возлюбил свою великую Родину. А там, где любовь, там открыты все пути. Народ сбережет свое незаменимое сокровище.
Чудесное зрелище! Народ русский по-братски всемерно способствует росту творчества у всех народов, слившихся в великой семье Союза. Со всех концов идут добрые сведения об отделах Академии Наук, о школах, о театрах, о консерваториях, о строительстве, о музеях, о выставках, о домах Культуры. Каждый народ находит свои лучшие исконные истоки и претворяет их в прекрасных творениях. Засветилось народное творчество, и такой свет неугасим. Пример — всему миру, а особенно государствам многоплеменным.
И еще хочу сказать. Пусть у всех славянских народов не будет даже малейших признаков шовинизма. Не к лицу славянам эта проказа. Славянин богат творчеством. В свободном преуспеянии славяне дадут чудесные восхождения. Много кладов захоронено в славянских землях. Найти их и претворить в чудных созиданиях умеет вольный славянин. Не только верим, но крепко знаем сужденный расцвет славянского мира.
Слава героям-творцам!
24 марта 1946 г.
Публикуется впервые
Стройка
Прилетели Ваши письма от 19–20 Февраля. Глубоко понимаем, как болеете о происходящем. Каждый культурный деятель не может оставаться безучастным, когда Армагеддон Культуры гремит и угрожает всему миру. Рост ненависти — плохой признак. Всякие антинегризмы, антисемитизмы и прочие антигуманизмы сулят плохое будущее. Команда австралийского парохода в Бомбее отказалась принять на борт пассажиров — индусов и китайцев. Куда же дальше!? Тем более необходима культурно-гуманитарная деятельность.
Чуем, что Ваши нервные боли от той же всемирной причины — всем трудно. Ох, уж эти нервные боли — знаем мы их. И начинаются нежданно и проходят по неизвестным причинам. Что их вызывает? Что их утоляет? Да и как не быть им среди водоворота мирового смятения?! Физические средства — лишь паллиатив, но и ими пренебрегать не следует. Все, что Вам сказал врач, правильно. Лечение светом всегда хорошо. Полезно избегать пищевых и нравственных раздражений. А как избежать этих последних? Может быть, врач посоветует спокойствие, а где этот медикамент продается, того не скажет. В какой аптеке можно достать унцию спокойствия? Все же, насколько в силах человеческих, не слишком негодуйте на отвратительную действительность. Ведь знаем, что гремит Армагеддон Культуры. Кроме того, имеется у Вас походная "аптечка" спасительных книг. В них и равновесие и спокойствие. А заветы никогда не были так нужны, как теперь. Мысли наши с Вами и горячо желаем, чтобы волна болей отхлынула.
Рады, что у Фогеля брошюра разрастается в книгу. Материала много, и, думается, он сумеет составить внушительную летопись произведенной огромной работы. Успел ли Фогель прочесть в "Твердыне Пламенной" и в "Державе Света" главы о Знамени Мира? Наверно, оба англ[ийских] издания имеются у Катрин, и она могла бы дать их Фогелю. Всюду имеются чёрточки, полезные для составителя. А книга будет чрезвычайно надобна, в особенности после гнусной клеветы Хорша и Уоллеса. Современная действительность — какой-то рассадник клеветы. И в общественных и в государственных делах Вы правильно отмечаете умышленную недоговоренность, однобокость и извращение. Созидать нелегко, а клеветать легче легкого. И вся такая липкая дрянь где-то волочится и марает планету, бедную заплеванную Землю. Рады мы появлению декларации во второй газете. Теперь кто-то посторонний мог бы написать письма в редакцию, спрашивая о последствиях резолюции. Такое шевеление было бы вполне уместно. Ведь исторический вандализм не есть частное деяние. Факт разрушения общественного дела налицо. Не будет забыто в летописи, что Хорш уничтожил Русский музей — ведь все преступное трио ненавидело все русское. Никто, кроме оголтелых шовинистов, не противился бы, так же, как не противятся Музею Родена, Испанскому музею и другим собраниям. Но преступникам потребовалось уничтожить русское дело, и это не может быть забыто. А общественное мнение до русского дела было глухо.
Интересно, как Вы побываете у Гус[ева] с моими листами? Как Вы знаете, за это время умер Потемкин, и это могло внести сумятицу. Радио сообщило, что теперь наркомы будут называться министрами. Зина очень хорошо написала Шкл[яверу], ясно, так, как оно есть на самом деле. Да и в Париже у них, видимо, неладно. Потому обождем, пока квашня устоится. Пришли два Ваших пакета: один — с бюллетенями, другой — с декларацией и с письмом какой-то неведомой нам сумасшедшей. Она уверяет, что была с нами на острове Лемносе, а мы никогда там не были. Так же Спенсер Люис уверял, что познакомился со мной в Палестине, а я там вообще не бывал. И все такие фантазии печатаются! В "Тайм" пишут о Стравинском. По некоторым его выражениям похоже, что он не очень-то доволен. Говорит, что он пишет "для вечности" — значит, теперь что-то неладно или уж бахвальство. Предоставим вечности судить. Говорят, что обреченных под атомные бомбы судов будет девяносто. Подумать, что все эти суда могли бы возить зерно голодающим! И кому нужны такие бомбежки? О последствиях, наверно, умолчат. Англ[ийская] газета сообщает, что Черчиллю дается "свобода Нью-Йорка". Но чтобы оберечь такую "свободу", потребовалось четырнадцать тысяч полицейских. Вот так "свобода"!
Впрочем, сейчас много где кривое зеркало получается. Но зато события спешат, а вместе с этим вихрем многое утрясется. Не перегружайтесь работою. От Г. мы еще ничего не слыхали, да и оттуда, куда он писал. Катрин прислала отличное воспроизведение "Веления неба". Я просил Еременко прислать по экземпляру всех его открыток, но и от него еще ничего не было. Да и вообще почта безобразна. Не знаешь, что дошло, что пропало. А в дни бомбейских беспорядков было сожжено семнадцать почтовых отделений со всем содержимым. Удивляемся, что не было письма, а причина-то может быть трагична. Вот и в Хайдерабаде толпа сожгла "Шах Манзил" и дом министра Григсона, а там были наши картины. Да и в Калькутте и в Карачи много чего было.
Весна стоит холодная, хмурая, со снегом, с градом. Пагубно для огорода, для фруктов. Абрикосы уже побиты, повреждены вишни, груши, сливы, персики. Хоть бы на яблочном урожае не отразилось. А ведь теперь вопрос пищевой особенно остр. Так что стройка на лето довольно трудная. Впрочем, стройка идет в разную погоду и тем не менее идет. И у Вас — тоже нелегко, да и у сотрудников у каждого свои трудности. И все преоборют. Вот сейчас прилетело доброе письмо Зины от 7 Марта с целым рядом знаменательных сведений. Читали и радовались свиданию с Г. — все это ладно. Хорошо, что помнит об ожидании нами представителя. По всему судя, скоро его дождемся. Наркомпрос уведомил Г., что они пишут мне непосредственно, но мы письма не имеем, да и не уверены, все ли до нас доходит. Потому не может ли Г. запросить копию письма и через Вас переслать нам? Об Еременко вполне с Вами согласен. А всякая денежная кооперация не выйдет, да и не надо. Жаль Зулоагу — еще один друг ушел. Пошлем памяти его добрые мысли. Вот и Зулоага ушел, уже нет Метерлинка, Тагора. Наверно, и еще многих уже нет. Статьи, о которых Зина поминает, — все из "Фламмы", а у Вас, у Катрин, у Жина "Фламма" имеется. Наверно, Фогель читал ее. Посылаю для архива письмо Инд[ийской] Ассоц[нации] Культуры. Поблагодарите автора статьи в "Вегетарианской газете", намерения были очень хорошие. Наверно, выставка молодых советских] художников будет интересна и полезна для АРКА. Вероятно, она может состояться лишь в будущем сезоне — все требует долгого времени. Итак, стройка идет — "пер ангуста ад аугуста". Шлем Вам добрые мысли.