Выбрать главу

Надо сказать, скульптура прекрасно сохранилась, несмотря на то, что пережила две войны, революцию и блокаду. Видимо, совсем недавно ее очистили от вековой пыли и копоти, вернув мрамору первоначальную белизну.

Данаиды были прекрасны, хотя, если приглядеться, на их лицах запечатлилась трагическая безысходность – ведь они были обречены на вечный бессмысленный труд.

Из пролома в мраморной бочке кудрявыми белоснежными завитками изливалась мраморная вода. Надежда вгляделась в этот окаменевший поток и рассмотрела вырезанную в одном из его завитков латинскую фразу: «Aqua pluvialis».

Первое слово Надежда поняла без всякой подсказки – аква на латыни означает «вода», а чтобы понять второе слово, воспользовалась онлайн-переводчиком. Умная программа ей сообщила, что это слово на языке древних римлян означает «дождевая».

И какой же в этом смысл? При чем тут дождевая вода?

Надежда отступила на несколько шагов от скульптурной группы, окинула ее взглядом… и увидела, что над нишей в стене высечен каменный водосток в форме головы дельфина. Значит, латинская фраза указывает на этот водосток. Что, если в нем скрыта тайна скульптора Бианки?

Надежде Николаевне нестерпимо захотелось проверить свою догадку. Она прикинула высоту водостока и собственный рост. Чтобы дотянуться до каменного дельфина, придется карабкаться по стене, а сделать это без оборудования будет непросто…

В это время на улице появилась шумная компания подростков, а затем тонкий ручеек людей из ближайшего бизнес-центра, означавший окончание рабочего дня.

Нет, если прохожие увидят, как солидная женщина не первой молодости изображает скалолаза, неприятностей не оберешься. Этак и полицию какой-нибудь доброхот вызовет. А уж на телефон точно сфотографируют и в Сеть выставят, а там и кто-то из знакомых узнать может.

Надежда решила вернуться сюда поздно вечером. Если тайник остался нетронутым на протяжении ста лет, подождет и еще несколько часов.

Однако на обратной дороге она приуныла, поскольку никак не могла придумать, как вырваться из дома. С этими мыслями она машинально приготовила ужин, встретила мужа, рассеянно выслушала его рассказ о проблемах на работе, так что он даже спросил, не заболела ли она…

Надежда Николаевна встрепенулась и выбросила из головы мысли о Данаидах – видно, не судьба. Но звезды были сегодня к ней благосклонны, потому что в десять вечера позвонила мать и сообщила, что у нее прорвало трубу. Вернее, не у нее, а у соседей сверху, которые делали ремонт, и рабочие что-то там напортачили. Хорошо, что она была дома, вовремя заметила, что с потолка в ванной течет, и забила тревогу.

– Здорово залило? – У Надежды в голове мигом созрел план.

Мать сказала, что не сильно. Кафельной плитке ничего не сделалось, а потолок заново побелят рабочие, которых пришлет сосед.

– Мам, я приеду!

– Да зачем… – неуверенно ответила мать, – воды немного.

– Ничего не делай, у тебя поясница заболит, я приеду!

– Да с чего это она заболит, если на даче я столько вкалываю… – начала было мать, но Надежда уже повесила трубку.

Муж благородно предлагал ее отвезти, но Надежда мягко отказалась, в основном из-за того, чтобы Сан Саныч не увидел, что ничего особо страшного у тещи не случилось.

Ущерб и правда был невелик, так что управились они с матерью быстро, Надежда заодно вымыла полы во всей квартире, а потом взглянула на часы и всплеснула руками:

– Ой, как поздно! Мама, можно я у тебя останусь?

– Конечно! – обрадовалась мать.

Коварство Надеждиного плана заключалось в том, что мать жила недалеко от Таврической улицы, до которой можно было дойти пешком. Надежда поставила будильник на половину шестого, утром тихонько оделась и вышла из квартиры, сказав матери, что хочет успеть мужу завтрак приготовить и проводить его на работу.

– Что ж, – сонно проговорила мать, – это дело святое.

Итак, рано утром Надежда вернулась к дому с Данаидами. На этот раз она оделась в неприметную темную куртку и темные же брюки, на ногах – удобные кроссовки, а главное – в рюкзачке за спиной лежал моток толстой веревки, по всей длине которой она завязала несколько узлов. Веревка нашлась у матери в кладовке.

В школе на уроках физкультуры Надежде приходилось лазить по канату, и у нее это неплохо получалось. Правда, с тех пор прошло много лет – не будем уточнять, сколько именно, и она была на несколько килограммов легче… опять же не будем уточнять на сколько. Но все же Надежда Николаевна надеялась, что сможет повторить те давние достижения, тем более что подняться ей предстояло не так уж высоко.