Мсье Диань беспомощно разводит руками: базальтовое плато — это французская военная зона, и посторонние не имеют туда доступа… Вот оно что! И вот откуда — правильные округлые линии, четкие углы, так хорошо заметные издалека. С помощью бетона французы придали большую монолитность, прочность базальтовому плато, укрылись в глубине его, и, в сущности, современный Горе — сильно укрепленный форт, защищающий подступы к Дакару с моря, иностранная военная база у берегов освобождающейся Африки…
В нашей группе есть арабист-исламовед из Ташкента Мирзоев, и Мирзоеву совершенно необходимо повидать имама острова Горе. Мы отправляемся в гости к имаму, и по дороге Мирзоев предупреждает нас, что имаму не полагается принимать в своем доме иноверцев, тем более женщин, и просит нас учесть это немаловажное обстоятельство.
Мирзоев — ему роль мусульманина вполне по плечу — один поднимается по некрутой каменной лесенке в комнату имама. Он приветствует его согласно обычаю и говорит:
— Мы русские. Из России.
— Этого не может быть, — отвечает имам.
— Но мы действительно из России, — говорит Мирзоев и быстро пробегает глазами название арабской книги, лежащей перед имамом. — Вы читаете «Жизнь и деяние пророка» Имама Бухарского, а я привез вам в подарок виды исторических памятников Бухары, среди которых есть и могила Имама Бухарского…
Набор цветных открыток убеждает имама острова Горе, что перед ним люди из России, и старый имам нарушает предписания закона: он приглашает нас, иноверцев, к себе в дом.
Имам — его зовут Мухаммед Дем — взволнован. И, не скрывая своего волнения, он говорит нам, что видел русских первый и последний раз более полувека назад. Он был тогда совсем молодым человеком, и большая эскадра русских военных кораблей, — эскадра Рожественского, как догадываемся мы, — держа путь вокруг Африки, остановилась на рейде у Дакара и Горе, и русские моряки высаживались на остров… И вот теперь — мы… Имам взволнован и внезапно воскресшими воспоминаниями, с которыми у него, надо полагать, не связано ничего плохого, и неожиданным визитом русских…
А меня, уже по другим причинам, обрадовало дружелюбие имама, его реакция на наш визит.
Он уже стар, Мухаммед Дем, ему за семьдесят, у него темное, изъеденное оспой лицо, белые волосы, белый ежик бороды на самом кончике подбородка, и шея его по-стариковски замотана шарфом, похожим на коричневое полотенце… Немало событий произошло на памяти имама, о многом он слышал от своих предшественников. И сидя в прохладной комнате имама на линолиуме, раскрашенном под ковер, я думал о том, что среди этих событий не было ни одного, которое бросало бы тень на мою страну, что никакие трехсотлетние «узы» не омрачают прошлого.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Мсье Лабери ждет нас у отеля. У представителя молодой туристской фирмы довольное и, я бы сказал, несколько таинственное выражение лица. Мсье Лабери рад, что поездка на остров Горе произвела на нас большое впечатление, и он рад сообщить, что есть хорошие новости: завтра мы едем в Сен-Луи… Недели три назад в присутствии высших государственных сановников Сенегала было открыто движение по новому шоссе Дакар — Сен-Луи, и мсье Лабери полагает, что ехать в Сен-Луи автобусом интереснее, чем поездом…
Мы согласны с мсье Лабери: из автобуса можно больше увидеть, автобус можно остановить и пройтись по саванне или заглянуть в деревню, и мы искренне благодарим главу фирмы за инициативу и предусмотрительность.
Рано утром, точно в назначенный срок, мы собираемся у дверей нашего отеля. Ждем автобуса, но автобус не появляется. С опозданием на сорок минут к отелю подкатывает в личной машине мсье Лабери и следом за ним такси.
Мсье Лабери, как всегда, безукоризненно одет и, как всегда, изысканно вежлив. Он справляется о нашем самочувствии, спрашивает, хорошо ли нам спалось, а потом говорит, что ехать в Сен-Луи автобусом слишком утомительно, особенно для дам. Двести семьдесят километров, как-никак! В жару, в тесной машине — это ужасно… В поезде, в вагоне первого класса, и прохладнее, и просторнее… А помощник мсье Лабери — молодой левантиец, который будет сопровождать нас в поездке, — позаботится, чтобы мы устроились со всеми удобствами… Второй наш гид — известный в Сенегале писатель — прекрасный знаток своей страны. Он не позволит нам соскучиться в пути…
Дав нам, таким образом, понять, что фирма перед затратами не останавливается, мсье Лабери предлагает без промедления садиться в машины, чтобы не опоздать на поезд.