Но Саския поступила умнее. Вместо того, чтобы подумать о своей сохранности, она вновь спикировала, и теперь в то место, откуда были залпы кольями. Уничтожив сооружение и всех окружающих его эльфов, она поднялась в воздух и стала проделывать то же самое со всеми местами, где были те самые «рогатки».
Плохо…
— Не дайте ей добраться до остальных! — закричал Йорвет.
Эти колья и копья — их единственное спасение. Если Саския всё это уничтожит… Но сказать-то легко, а эльфам выполнить этот приказ… Они, конечно, побежали, попытались стрелами отвлечь внимание дракона на себя, когда она приземлилась недалеко от групп, но тут же получили ударом хвоста, который умерщвлял где-то десять эльфов сразу.
Оставалась последняя ловушка. Она должна быть активирована Йорветской стрелой, и ему не хотелось этот козырь выбрасывать именно сейчас, несмотря на то, что Саския была очень хорошо расположена для этого. Она недостаточно слаба, но, кажется, выбора нет.
— Отец! — крик Айлена привлёк внимание Йорвета.
Саския пустила в ход свою пасть. Она хватала ближайших эльфов, ломала им хребты одним укусом и выплёвывала. И так один за другим, порой даже по двое попадались под её зубы. И сейчас она терзала тело Эелена…
Его сын, обезумевший от этой картины, с криком побежал к лапам дракона и стал втыкать клинки в её пальцы — будто бы ей от этого было худо.
— Отпусти его, тварь! Отпусти!
Но даже если бы и выплюнула остатки сурового мужчины, ему уже ничем не помочь. Эелен умер мгновенно, даже не успев выкрикнуть проклятие в сторону Саскии.
Больше Йорвет ждать не мог. Он натянул тетиву и стал прицеливаться. В противоположной от Саскии стороне было подвешено бревно. Но оно должно было упасть ровно на нанятую толстую резину. Если упадёт на неё, резина лопнет — настолько сильно она была натянута — и в Саскию должен будет полететь последний кол, самый большой, самый острый. Йорвет должен был попасть стрелой по канату, который держал это бревно. Для эльфа попасть в такую мелочь — не проблема.
И вот он заметил в листве тот самый спасительный канал. Поймал, прицелился… Но в долю секунды, всего лишь какие-то сотые секунды, его обдало сильным порывом ветра, стрела соскользнула и попала ровно в бревно, сильно раскачав его. Проклятие! Момент упущен, а Саския, как оказывается, стала идти на Йорвета, хвостом отметая эльфов во все стороны, а передними лампами отбрасывая их как мошкару. Если она продолжит на него идти, то тот кол полетит мимо! Да ещё и надо теперь ждать, когда бревно с верёвкой перестанут раскачиваться! Проклятие! Всё провалено!
И тут до Йорвета дошло, с чего это вдруг дева стала идти на него. Поляна, на которой происходило сражение, была усыпана трупами и тяжелоранеными, она была залита кровь эльфов и дракона; лес горел, и лишь благодаря ветру дым сначала уходил прочь. А сейчас будто всё повернулось против Йорвета. Запахи горелых деревьев, травы и плоти больно резанули горло, дым застилал глаз, везде стоны, крики, крики, крики!
А Саския шла на него. Сколько же полегло? У него было несколько спрятанных отрядов, пускающих копья. Саския добралась почти до всех. Скольких она огнём спалила? Сколько переломали спины под её хвостом? Конец? Вот так? Эелен мёртв, а живы ли Киаран и Элеас? В этом хаосе не видно, в криках не разобрать! А Саския была всё ближе…
Как же рано он обрадовался победе. Чего же эльф не учёл? Вроде всё шло по плану, с какого момент Саския вдруг обрела вторую жизнь? Она же, кажется, стала сдавать, в чём же дело?
Йорвет не двигался. Он стоял и смотрел на её морду с распахнутым глазом, не веря, что он проиграл. Где-то половина из всего его отряда ещё пыталась атаковать её по бокам, но она их отбрасывала, стоило только крыльями взмахнуть. До мешка с клеем они так и не добрались. Всё? Это конец? Йорвет ожидал, что он умрёт, но он надеялся умирать с мыслью, что они близки к победе. Сейчас же он видел своё поражение.
Саския не торопилась его убивать. Она замерла перед ним, в последний раз взмахнув крыльями, отбрасывая остальных воинов от себя как можно дальше. Она хочет что-то сказать? Нет, эти предательские глаза источают лишь злобу, а дрожащий рот предвещал скорое извержение пламени.
И верно. Саския высоко подняла голову, рыкнула и, медленно вздохнув, стала открывать пасть. Вот и всё.
«Прощай, Керо».
И тут над Йорветом, на этот раз для него совсем неожиданно, пролетел спасительный кол, который должен был объявить безоговорочную победу над драконом. И сейчас, как раз именно тогда, когда она застыла с поднятой головой, «спасение» прилетело ей ровно в шею, но слишком низко от горла! Саския взревела страшным громом, содрагая лес как криком, так и нескончаемым пламенем, который вырвался из её пасти. Она поднялась на задние лапы, а Йорвет обернулся. Как? Как тот механизм запустился, если бревно так и не упало?