***
После того, как Йорвет спровадил Золтана, ему долго пришлось успокаивать своих воинов:
— Я не отдам девчонку этому краснолюду. Чтобы в один прекрасный день Геральт её увидел в каком-нибудь борделе?
— Да очнись ты, — громче всех орал ревнивец Эелен. — Не было ведьмака и не будет! Хотел её забрать — сделал бы это два года назад.
— Не хочешь краснолюду — верни в деревню, где ей место, — поддержал друга Элеас.
— Если они узнают, где жила эта девочка, её убьют! — пытался как-то защититься лидер.
— А тебе не всё ли равно?
Но вместо того, чтобы ответить на этот вопрос, Йорвет не без угрозы подошёл к своим скоя’таэлям и рыча произнёс, что девочка остаётся потому, что он не доверяет людям в Биндюге. Ни им, ни Золтану. Но сам уже давно понял, что не в обещании дело. Мысль о том, что он отдаст ребёнка кому-то неизвестному, приводила в ужас. Он будет переживать, бояться за её судьбу. Не в любви дело, но в привязанности. Керо не проводила с этими эльфами время, чтобы к ней привыкли, зато не отлипала от одноглазого. Рано или поздно любой ненавидящий собаку привыкает к ней. Может, не любит, даже ненавидит, но понимает, что если той не станет, то уже будет что-то не то. Вот и Йорвет понимал, что он привык к своему питомцу. Два года — это не малый срок.
— Она останется ровно до тех пор, пока я не буду уверен в том, кому её отдам! — Йорвет оставил последнее слово за собой на правах лидера. Он знал, что этим подвергает свою репутацию в отряде серьёзному испытанию, даже опасности. Но он пытался как-то сгладить края: — Ведьмак жив. И он вернётся за ней. Если с ней что-то случится, он этого так просто не оставит.
Кажется, ребята успокоились, но больше из-за страха и уважения к суровому командиру. Йорвет знал — если так продолжится, уважения не будет, а страх пройдёт сразу, как только те поймут, что толпой нападать безопаснее. И такое может случиться. Скоя’таэли не семья — они стая. И каждой стае нужен сильный лидер, способный дать то, чего она хочет. Но у него были друзья. Киаран — можно сказать, любимчик белок — очень помогал в самом начале пребывания Керо. Он мягкостью и хитростью заставлял бойцов не думать о такой мелочи, как маленький человек.
До самого вечера Йорвет пребывал не в самом добром расположении духа. Не только из-за белок, но и из-за Золтана. Краснолюд оказался здесь проездом, а в лес пришёл по просьбе раненого Седрика, который подвергся нападению со стороны каких-то монстров. Что там за просьба — Йорвет не спросил. Наверное, капканы пришёл проверять. Седрик… Хм, а это был выход.
Спрятавшись в своей лачуге одноглазый до самой ночи думал над тем, чтобы отдать Керо Седрику. Да, Йорвет его не любил, но тот эльф не причинил бы маленькому человеку вреда. В его старости был плюс — мудрость, в жизни отшельника — спокойствие для выращивания Керо. Командир не хотел отдавать своего питомца, но он должен был, ведь его репутация дала маленькую трещину. Этого требовала стая.
— Керо! — с испуганным криком в жилище лидера ворвалась Даниль и пробежалась по полупустой комнате взглядом. Йорвет в своих думах не сразу заметил, что снаружи творился хаос — из-за спины эльфийки мужчина видел, как бегали воины и выкрикивали имя маленькой dh’oine.
— В чём дело? — раздраженно спросил Йорвет. «Что опять эта малявка устроила?»
— Её нет в лагере, — и не сразу во тьме своего дома эльф заметил слезы женщины.
— Она просто вновь свалилась в кроличью нору, — отмахнулся Йорвет. Хотя, честно признать, этими словами он больше пытался успокоить себя. Пока Даниль объясняла лидеру, что не видела её с вечера, одноглазый бросил взгляд в окно. Темно. Ночь. Маленькая девочка могла сейчас гулять по лесу Флотзама…