Фрагмент 332
Весьма продвинутый нелюдь в состоянии сотворить вселенную вообще без Неистовых Монстров. Но для этого нужен большой опыт общения с ними. Для этого нужно устать от иллюзорных королевств. Для этого нужно осознать их полную бесперспективность. Ибо настоящее удовлетворение может принести лишь материальное творчество.
Великие Творцы поймут это.
Неистовые Монстры могут создавать себе целые иллюзорные армии и обрушивать их мощь на сознание нелюдя либо иного Неистового Монстра. И только осененный высшей целью нелюдь способен противостоять атакам Воинов-Фантомов или Фантомных Чудовищ. Продвинутый нелюдь может разбить любую армию иллюзорных королей. Поэтому Неистовые Монстры избегают продвинутых нелюдей.
Кто смеется при слове “Господь”, тот отлично разбирается в этом.
Интересно, что Неистовые Монстры часто рисуют себя этакими паладинами духа, сосудами Господними. Любые попытки выйти из их вселенной они блокируют мотивацией, будто их устами говорит Бог (Дух, Иисус, Кришна, нагваль, непознанное и т. п.). Выстоять в данной ситуации может лишь тот, кому абсолютно наплевать на всех вышеперечисленных существ.
Ибо кто есть Начало и Конец, тот уж точно разбирается в этом вопросе.
Большое распространение имеют Неистовые Монстры типа “посоветуйте-мне-как-быть”. Общаясь с нелюдем, они принимают образ существа, сильно нуждающегося в наставлениях, подсказках. Нелюдь, считающий навязанную вселенную неиллюзорной, начинает объяснять различные приемы настоящего творчества. Спустя некоторое время Неистовый Монстр заявляет, что он все делал, как учили, но ничего у него бедного не получается, что жизнь его по-прежнему “полна грусти и несчастий.” Нелюдь проектирует “страдальцу” другую вселенную, чтобы потом получить точно такой же результат. Его концентрация направляется Неистовым Монстром на созидание своего иллюзорного царства. И так может продолжаться долго. Возникает вопрос: неужели Неистовые Монстры столь заинтересованы в призрачном творчестве, что напрочь отвергают материю? Просто они не способны творить иначе. Их удел – духовный паразитизм с целью совершенствования иллюзорных миров. Что же происходит с этими существами в итоге? Какова их конечная судьба? В конце их ожидает самая обычная, тривиальная смерть с последующим энергетическим разложением. Тогда как нелюди своим творчеством делают себя бессмертными существами.
И тот, кто идет во Дворец Абсолюта прекрасно осознает это.
Но по большому счету конечная судьба Неистовых Монстров зависит от нелюдей. Достигший нелюдь может сотворить для Неистового Монстра вселенную и оставить его там жить, может, на века. Конечно, Неистовый Монстр по-прежнему будет заниматься своим любимым делом – сотворением фантомных миров, но материальную обусловленность его бытия задает нелюдь. Неистовые Монстры – игрушки в руках достигших нелюдей.
Кто видит свет в конце тоннеля понимает это.
Истинную радость дает общение с истинными Творцами.
И кто пил лунный свет, тот поймет это.
Творите вселенные, где вокруг будут подобные вам нелюди – все творцы материальных миров. Где нет пустой болтовни, где каждый имеет свою точку зрения. Там будет много смеха и любви. Истинной Любви. Откажитесь от реализации Неистовых Монстров. Они не нужны в принципе. Ну если только развлечься за счет общения с ними при полном осознании себя, когда не страшны никакие иллюзии.
Тот, кто движется навстречу освежающей грозе, обязательно поймет это.
Реализуйте свои планы, мечты. Концентрируйтесь на них с неистовой силой. Тогда ваши вселенные обретут и цвет, и звук, и плоть, и страсть.
Фрагмент 333
740. За столиком в ресторане с очень подходящим названием “Седьмое небо” сидела компания. Она состояла из четырех человек или существ, выглядящих как люди. В нее входили: во-первых, я – так надоевший вам автор; во-вторых, Бог Тысячи Дуростей, а в третьих и в-четвертых… Но это отдельный разговор. Скажем так: мы с Божком пребывали в обществе дам. И каких дам!
Рядом со мной сидела и потягивала кока-колу Принцесса Мрака. Иногда она окидывала ленивым взглядом зал ресторана. В эти мгновения в ее голубых глазах читались скука и глубочайшее презрение.
А рядом с Богом Тысячи Дуростей находилась Повелительница Хаоса. Она опрокинула уже десять рюмок джина, но была абсолютно трезва и твердой рукой наливала одиннадцатую. Хаос есть Хаос. Ему, как известно, и море по колено. В отличие от Принцессы Мрака Повелительница Хаоса совсем не смотрела в зал. Своей гордо посаженной черноволосой головой она временами кивала Богу Тысячи Дуростей, давая понять, что не пропускает ни одного слова из его рассказа.
Я лишь краем уха прислушивался к его истории. Мое основное внимание было направлено на фужер с ликером. Точнее, для всех я был сконцентрирован на этом фужере, но боковым зрением я наблюдал за Принцессой Мрака. Она кого-то мне напоминала. В принципе, я не очень хорошо понимал каким образом оказался в этом ресторане. Анализ воспоминаний ничего не дал. Из него вытекало, что я был здесь всегда. Но такова особенность определенных состояний сознания, которые я когда-то называл “дискретными” (сейчас я их не называю ни как). Данная особенность заключается в том, что продолжение происходит до своего начала. Или, иными словами, то, что “потом”, случается перед тем, как произошло то, что “до”. И здесь понятно, что конец истории вполне может произойти еще до того, как она началась. Потом она начинается, и все делается немногим более понятным. Сейчас мне ничего не было понятно. Абсолютно. Поэтому я решил сосредоточиться на одной из техник лисьей йоги – отказе от понимания. Она дает приятное успокоение взбаламученному рассудку.
Принцессе Мрака, по моим наблюдениям, история Бога Тысячи Дуростей была не очень интересна. Эта блондинка слушала скорее из вежливости. Я обратил внимание, что прядь ее длинных волос загадочным образом прицепилась к моему пиджаку. Принцесса Мрака проследила за моим взглядом и усмехнулась. Затем налила себе и мне коньяка.
Бог Тысячи Дуростей неправильно истолковал ее усмешку и вспылил:
– Но ведь меня могли убить!
– Не убили же. – Принцесса Мрака налила коньяк и в его рюмку.
У Повелительницы Хаоса был еще не выпит джин, и мы чокнулись за здоровье и вечную жизнь Божества Тысячи Дуростей.
Из закуски на столе имелись различные угри, осетры, черная икра и все такое рыбное.
“ Определенно сегодня День Рыбы,” – подумал Штирлиц.”
От обилия съеденного я чувствовал легкую тошноту. Несколько раз я выходил в туалет, чтобы зубочисткой поковыряться в зубах, почему-то стесняясь сделать это прилюдно…
История, которую рассказывал Бог Тысячи Дуростей, была немного печальна. Не далее как вчера кто-то совершил на него покушение. Злоумышленник бросил ему под ноги гранату и быстро скрылся. Все произошло на улице, в центре города, где в этот час находилось очень много людей. Бог Тысячи Дуростей думал недолго. Ему представилась прекрасная возможность сделать что-то дурацкое и вообще неумное. Вместо того, чтобы броситься прочь и спрятаться от взрыва за каким-нибудь человеком, неуемное Божество посмотрело на свои дорогие часы, поправило галстук и аккуратно, не торопясь, улеглось на гранату.
– Подозреваю, что это была никакая не граната, а миниатюрная атомная бомба, – продолжал он свой рассказ. – Я знаю, сейчас такие уже производят. Вы только вдумайтесь: в радиусе двух километров во всех домах повылетали стекла, автобусная остановка и небольшой продуктовый магазинчик (ох, как я любил в нем затариваться!) просто исчезли с лица земли – взрывная волна имела необыкновенную мощь.
Фрагмент 334
– А что люди? Пострадали? – поинтересовалась Повелительница Хаоса. В ее голосе звучала очень слабая надежда, что пострадали в огромном количестве и с летальным исходом.
Бог Тысячи Дуростей разрушил ее:
– В общем-то нет. Только несколько контуженных, двести пятьдесят два человека порезаны стеклами, но не насмерть, сто шестнадцать остались заиками до конца жизни, пара-тройка выкидышей у находившихся рядом беременных женщин, падение курса национальной валюты, отставка правительства… – короче сплошная мелочевка. Ведь все осколки адской машинки вонзились в меня, – на последних словах он всхлипнул.
От этих известий Повелительница Хаоса серьезно помрачнела и в одиночку выпила рюмку водки.