Она вышла из засады лишь когда мимо окон её комнаты проехали сначала «Скорая» с телом горничной, а потом и видавшая виды «буханка» с «компетентными органами». Может, не вышла бы и до утра, но молодой организм требовал еды и энергетика.
Ю проскользнула мимо гостиной, где прямо в эту минуту семейка Славинских проводила военный совет, на который её не позвали. А в кухне её поджидал Алекс. Или не поджидал, а просто так получалось, что они теперь встречались исключительно у холодильника.
– Привет! – Он выступил из темноты. – Что ты тут делаешь?
– А что можно делать на кухне? – Вопросом на вопрос ответила она. – Решила перекусить.
– Как ты себя чувствуешь? – Алекс включил подсветку над дубовым столом. В мягком свете ламп, его лицо казалось измученным и исхудавшим.
– Нормально. – Ю пожала плечами.
– А утром? – Алекс встал между ней и холодильником. Опасался, что она, чего доброго, объест эту чёртову семейку?
– Что – утром?
– Как ты себя чувствовала утром, Ю?
Утром она чувствовала себя хреново. С утра и почти до самых поминок.
– Нормально. – Хреново или нет, это её личное дело!
– Ты пила виски Мириам?
И вот тут картинка сложилась, стала понятна причина его заботливого интереса.
– Пила. – Ю кивнула.
– Много?
– Пару глотков. Я не большая любительница алкоголя.
– Наливала себе сама?
– Нет. – Ей не нравился этот допрос. Как не нравилась и причина, по которой её допрашивают.
– А кто тебе налил?
– Мириам.
– А сама Мириам пила?
– Разумеется! С самого утра пила!
– В тот самый момент, когда предложила тебе виски?
Ю задумалась.
– Нет. В тот момент не пила.
– А ты выпила и тебе стало плохо?
И ведь стало! Тогда она списала это мутное состояние на волнение, но что если…
– Ты думаешь, я тоже выпила отравленный виски? – спросила она шёпотом.
– Не могу это исключить.
– А сколько выпила горничная перед тем, как умереть? – Не нравилась Ю такая версия. Ох, не нравилась!
– Не знаю. – Алекс покачал головой. – Думаю, тоже пару глотков. Она бы просто не посмела выпить много.
– И она померла, а я отделалась лёгким испугом?
– Какие у тебя были симптомы?
– Тошнота, головокружение, шум в ушах.
– А потом?
– А потом меня вырвало и стало полегче. Слушай, – Ю легонько коснулась ладони Алекса и тут же отдёрнула руку. – Мириам выпила гораздо больше. Почему с ней ничего не случилось?
– Может быть, потому что яд в виски был добавлен уже после этого?
Ю задумалась, припоминая события минувшего утра. Она оставила Мириам в музыкальной гостиной и отправилась в парк. Мириам нашла её в парке, подслушивающую телефонный разговор Таис. В руке у неё был только один бокал виски. Выходила ли Мириам из музыкальной гостиной? Оставалась ли бутылка без присмотра? Ответить на этот вопрос могла одна только Мириам, но Алекс отчего-то решил спросить у Ю.
– Я вижу два варианта, – сказала Ю всё тем же шепотом.
Алекс молчал, смотрел на неё очень внимательно.
– Первый – Мириам выходила из гостиной, и в этот момент кто-то подсыпал в виски яд, который она не приняла лишь по счастливой случайности. Второй – Мириам сама подсыпала яд перед тем, как предложить виски мне. Но зачем? Что я ей сделала?
Ю прекрасно понимала, что ни у кого из обитателей Логова нет причин для любви к самозванке, но Мириам была одной из немногих, кого она стала бы подозревать в последнюю очередь. Уж слишком лёгкой, если не сказать легкомысленной та была! Или вся эта лёгкость всего лишь видимость, за которой, как за двойным дном, скрывается нечто куда более страшное? У любого из них есть двойное дно! Только копни поглубже – и нароешь гору скелетов…
В ушах зашумело, а голова пошла кругом, словно она только что снова хлебнула отравленного виски. И мёртвые воспоминания, отряхиваясь от сырой земли и паутины, снов полезли из могил забвения…
– …Мы здесь умрём, Ю. – Голос у Василька был тихий, даже успокаивающий, хотя боялся он так же сильно, как и она сама.
– Нет! Не смей так говорить!