- У меня никогда не было карт, так что давайте по-порядку.
Северный Ветер вздохнул, но не успел ничего сказать – олень достал свой ятаган и начал чертить на снегу лезвием.
- Смотри. Вот лес сов, где мы сейчас. На юге – граница с кошками и кошачьи земли. Здесь, западнее кошек, лисы. У самых гор, видишь?
- Я знаю, где живут лисы, - хлестанул хвостом кот.
Олень и бровью не повел.
- На север от сов – мы, а за нами – горы.
- А за горами – Отец, - добавила Янтарная Осень.
- На восток от сов – филины. На восток от кошек, прости, не знаю...
- Тигры, - кивнул своим мыслям Шорох. – На востоке тигры, только они далеко от нас, у них своя жизнь.
- На западе от нас только горы, - добавил Северный Ветер. – Севернее нас чернобурки, но их земли уже закончились.
- А здесь что?
Лисы переглянулись.
- На западе от сов, если верить книгам и нашим старым картам, были первые лисьи поселения, - наконец сказала Янтарная Осень. – Тут, рядом с совами и оленями, создавал Отец своих первых детей.
Мур задумчиво прищурилась.
- Но мы не посылаем сюда гонцов.
- Мы тоже, - кивнула Янтарная Осень. – Потому что там никого нет.
Мур непонимающе развела руками. Стоило ли устраивать все это, чтобы узнать, что земли, до которых еще два дня пути, необитаемы? Пускай Отец и творил там своих первых детей, но Отец не здесь, а в своем обиталище, и она больше не испытывала благоговейного страха перед богом.
- Ты можешь провести нас отсюда до оленьих гор? – снова спросила Мур у Шелест.
Девочка пожала плечами. В беготне она потеряла шапочку, и блестящие волосы рассыпались по плечам.
«Она так выросла» - мимоходом подумала Мур. Они все выросли, пусть она четыре года назад и считала себя уже взрослой.
- Я могу, но что-то мне подсказывает, что нас гнали прочь из леса.
Желтые глаза сощурились.
- И мне интересно, как Учитель позволил снежным волкам разгуливать по нашим землям.
- Вы просто его создания, а Отец – его брат, - равнодушно произнесла Янтарная Осень.
Она не понимала. Лисы вообще не понимали отношения других народов к своим богам, и Мур не знала, завидует ли она им или жалеет. Кто они – свободные от создателя? Брошенные дети?
Дети, обретшие Отца, но потерявшие брата и друга?
Янтарная Осень не знала, что это значит – любить своего бога. Может быть, поэтому она ничего не поняла, когда сова на минуту поджала губы, борясь со слезами обиды (а стоило просто врезать лисице и все).
- Хорошо. Я могу попытаться провести вас дальше по нашим землям.
Но у них ничего не получилось.
Стоило им попытаться идти дальше, как недвусмысленное рычание донеслось сбоку. Янтарная Осень спрятала виспов, стрекозы, устав от чар, золотыми изваяниями застыли на посохе. Северный Ветер попытался повторить ее фокус, но, кажется, волки тоже учились – как и они.
Серебристые осы облепили снежную морду и провалились в нее, когда волк рассеялся вьюгой. Снежинки распались и снова собрались в форму – лис едва успел забрать своих виспов до того, как они станут частью ледяного зверя.
И они снова побежали. На сейчас раз – не так долго, как только шаги их повернули на запад, волки оставили их в покое и растворились в темном лесу.
- Очевидно, что нам придется пойти туда, куда желает Отец, - сказала Янтарная Осень.
- И зачем ему отправлять нас на необитаемые земли? – спросила Мур.
Она изо всех сил пыталась отдышаться, удивляясь тому, какой бодрой выглядит лиса. Как будто это она, а не Мурлыканье, привыкла охотиться – а ведь кошка готова была клык дать, что золотая лисица у себя дома даже еду себе сама не готовила. Тем не менее, Янтарная Осень, кажется, даже не запыхалась от бега.
- Почему же необитаемые?
- Но ты же сама сказала...
- Я сказала, что там никого нет. Никого, к кому мы бы послов отправить могли.
- То есть там не живут лисы.
- То есть туда король не суется, – вмешался Северный Ветер.
Мур задумалась. Во время своего странствия с Отцом она видела многие народы. Она обошла целый мир, ведомая магией бога, и почти ничего не помнила.
Была ли она на тех землях? Наверняка.
Что там было? Она отдала бы многое, чтобы вспомнить.
- Ему запрещено туда соваться? – прищурилась Шелест.
Янтарная Осень невольно дернула щекой. «Запрещено» о короле лисов? О да, они считали это оскорблением.
Но был только один, кто мог бы запретить что-то правителю пушистохвостых.
- Отец запретил?
- Мы не знаем. Это все сплошные догадки.
Лиса вздохнула.
- Но я думаю. Я считаю. Если Отец хочет, чтобы мы пошли туда, то там должен кто-то жить. Не могут же быть священные земли первотворения необитаемыми. Потому что зачем ему тогда нас туда посылать?