— А пока мы с моим бессменным коллегой, чуть не сказала бессмертным…
— Что, в общем-то, правда.
— Пока мы с Маркусом, — она выделила его имя особой интонацией, чтобы больше не смел перебивать, — готовим для вас хорошие новости, предлагаю послушать новинку от группы «Василиски в огне».
Как только её палец лёг на бегунок и сдвинул его до предела, ей на руку легла ладонь Маркуса. Алиса вздрогнула. Подняв глаза, она ощутила, как всё внутри сжалось от пронзительного взгляда синих глаз, которым вампир сковывал её волю.
— Алиса, — начал он, — насчёт вчерашнего...
— Не нужно, Маркус, — неловко перебила его девушка, вынимая свою руку. — Я должна перед тобой извиниться. Прости, я ведь знала, что ты помолвлен, и всё равно не сдержала порыва. Давай постараемся это забыть. Мы просто были не в себе, и то, что случилось, ничего не значит.
— Только не для меня, — проговорил парень, и в голосе его отчётливо дрогнул металл. — Я могу сделать вид, но забыть точно не получится. Это не было проявлением слабости, я понимал, что происходит.
— Маркус, не надо, — попыталась запротестовать Алиса. В тесной студии некуда было деться, а потому, когда он подался к ней, пришлось соскочить с места и упереться в стену позади себя. Вампир тоже поднялся, заполняя своей широкоплечей фигурой помещение. Ему достаточно было сделать лишь шаг, и вот он уже почти вплотную стоит возле девушки, а в её глазах светится неподдельный испуг.
— Я больше так не могу, Алиса. Ты должна знать, — хрипло заговорил он, блуждая опьянённым близостью взглядом по её лицу, спускаясь всё ниже. — Я люблю тебя.
— Хватит!
— Люблю, — он нетерпеливо подался к ней и положил ладонь на щёку, едва касаясь большим пальцем её губ. — Это проклятая помолвка ничего не значит, я не выбирал ту женщину.
— Прекрати, пожалуйста, Маркус! У нас всего двадцать секунд. Надо возвращаться за пульт!
Но он уже утопал лицом в её волосах, втягивая желанный запах и не решаясь на большее. Она чуть не вскрикнула, ощутив, как прохладный шершавый язык вампира коснулся кожи на её шеи.
— Целых двадцать секунд.
— Пятнадцать…
— Вечность.
— Маркус, не смей… Ты же не собираешься…
— Ничего не могу обещать.
Алиса уже вовсю ощущала предательское возбуждение, которое копилось где-то в животе и норовило разлиться по всему телу. Осознав возможные последствия, она чуть не заплакала от отчаяния.
— Если ты не хочешь проблем для студии, умоляю, остановись.
Маркус недоумённо уставился на неё. В это время в окошко, специально прорубленное в узкой двери, кто-то настойчиво постучал. Вампир и оборотень разом обернулись на звук. Стоя на цыпочках и недовольно хмурясь, из окошка проказников буравил суровый взгляд босса. Во вздёрнутой вверх руке гном держал листок с надписью, наскоро выведенной чёрным маркером. Прочитав на ней короткое «Рэдклиф через десять минут», оба стремительно вернулись в реальность и отпрянув от девушки, Маркус вскочил на свой стул, а следом за ним и Алиса заняла место. К счастью, до прихода специалиста по фамильярам, ведущие больше не уходили на перерыв, и Алиса сумела прийти в себя. Однако, Маркус после её заявления то и дело кидал на соведущую задумчивые взгляды.
Глава 7 Интервью с Бернардом
Рэдклиф явился, как и ожидалось. Даже чуть раньше. Разместиться в крохотной студии втроём с мужчиной внушительных габаритов было почти невозможно, но никто не жаловался. Хозяин салона по выведению фамильяров, казалось, ждал и не мог дождаться своего звёздного часа. Выйдя в эфир, он без умолку рассказывал о своей работе, уверяя всех и каждого в необходимости заполучить его питомцев, в которых лишь и видилось спасение от одолевшей Литецию беды.
— То есть вы говорите, Бернард, — начал Маркус, выслушав длинный монолог гостя, — что ваши фамильяры закрепляют через себя магию владельца, и она никуда не девается?
— Именно, — подтвердил мужчина.
— И это касается всех, не только ведьм и колдунов. Правильно я понимаю? — вступила Алиса.
— Всех и каждого, — подтвердил Бернард. — Мы используем технологию, разработанную совместно с горными волшебниками из монашеского ордена снежных лавин. Они годами воспитывают в себе смирение, способное удержать в узде любую силу.