— Да вроде нет. Ну разве что с бывшим переспала, — призналась она усмехнувшись. Молодой официант, принёсший им аперитив, чуть не выронил поднос с бокалами. Смутились все, кроме эльфийки.
— Донна права, — заявила Алиса, когда официант отошёл, с интересом оглядываясь на компанию. — Магия не может исчезать просто так. Вия, подумай хорошенько и вспомни все возможные странности, которые происходили с тобой за эту неделю.
Уперев локти в столешницу, дриада сдавила пальцами виски и стала думать. Пару раз за время мыслительного процесса она прикладывалась к бокальчику и вскоре с твёрдой уверенностью заявила:
— Нет, девочки. Я не имею ни малейшего представления о том, как потеряла свои способности. Но если признаться, меня это не особенно расстраивает. Надоело устраивать ремонт в квартире всякий раз, когда меня взбесит очередной тупой комментарий в соцсетях. Я больше не буду превращаться в ёлку, создавать проблемы себе и окружающим, на меня никто не станет жаловаться и грозить судом. Как же легко и приятно это осознавать, — она с наслаждением опорожнила свой бокал и откинулась на спинку дивана.
Алиса, голова которой до того была занята выяснением причин магического казуса, задумчиво уставилась на неё. А ведь верно. Сколько раз они мечтали избавиться от своего проклятия. Иначе не назвать то, что изводило обеих. Да что там! Большинство участниц группы мечтали лишиться способностей, чтобы начать мало-мальски нормальную жизнь. Она взглянула на Донну. Та с тоской глядела на опустевший до половины бокал.
— Счастливая, — выговорила она, наконец, грустно улыбнувшись. — Предлагаю выпить за избавление от тяжкого бремени.
Фужеры вновь наполнились до краёв, а когда они опустели, Сильвия заговорила, с некоторым усилием ворочая языком.
— Алиса, слушай-ка, а что если и ты уже без магии? Ты сколько держишься? Месяц, два?
— Третий пошёл, — ответила оборотень, также спотыкаясь на словах.
— Ну так вот. Ты сегодня испугалась, но ничего не произошло.
Хмельная Донна подалась в её сторону, намереваясь вещать истину:
— У неё ж не от страха, а от радости ну и когда дело доходит до, — дракониха с трудом удержалась от хохота, направляя свой палец куда-то под стол.
— Так, забыли, — всплеснула руками Алиса, когда до всех присутствующих дошли намёки. — Я боюсь даже представить, что будет, если я сейчас начну проверять себя. Уж лучше пусть всё остаётся тайной, а я понесу по жизни обет безбрачия.
Собутыльницы разом состроили грустные мордашки.
— Бедненькая, — пожалела её дриада. — Ну Маркус теперь вряд ли оставит тебя в покое.
— Значит, мне придётся признаться ему во всём. Если он и дальше продолжит приставать, боюсь, мои белки разнесут нам всю студию.
— Вот подстава, — Сильвия допила очередной бокал и звонко икнула. — Если узнаю, как потеряла магию, обязательно тебе сообщу, чтобы и ты этим способом воспользовалась. Хватит, натерпелись!
— Подожди, — встряла Донна. — Я записалась к Бойл на гипноз. Буду держать вас в курсе, и если дело выгорит, сообщу. Уж лучше усмирять силы, чем лишиться их совсем. Я так думаю.
Они ещё немного поболтали, а когда мужчины вокруг затеяли угощать и без того хмельных барышень бесплатной выпивкой, решили, что пора делать ноги. Хватит с них приключений для одного дня. Тем более у Донны не осталось сменных платьев.
Затолкав себя в авиатакси, девушки без конца отвлекали пилота от дороги, качали судно, норовя перевернуть его вверх тормашками и смеялись в голос. Донну доставили первой, следом за ней из такси возле двери своего дома вывалилась Алиса. Сильвия, которая всю дорогу строила пилоту глазки через зеркало заднего вида, умчалась с ним последней. Её вечер, несмотря на потери прожитого дня, обещал быть приятным, и не оставалось ничего другого, кроме как порадоваться за подругу. Алиса радовалась. Но в глубине души её точила тоска. Снова дома, снова одна. И, судя по всему, так будет всегда.
Она вошла в квартиру и в сердцах громыхнув дверью, скинула с себя туфли так, что те разлетелись в разные углы прихожей. На заплетающихся ногах она прошла в гостиную с целью упасть в кресло, которое стояло посреди комнаты. Ей нравилось это кресло. Оно вбирало в мягкие объятия её измученное после трудов и потрясений тело и каждый раз волшебным образом расслабляло его. Алиса и теперь рассчитывала на тот же эффект. Но, к удивлению своему, размахнувшись упала не в объятия мягкой мебели, а совсем в другие объятия.