- Не густо, - раздался рядом голосок Уроголь, и мы с Лубем хмуро на нее покосились, ну, да, с ее-то уровнем и возможностями, может быть, а вот нам хватит и по парочке. Тут даже кайтить бесполезно, места почти нет, лапы у них длиннющие, от стен тоже отходить нежелательно, наружу тем более нельзя, сожрут как не мобы, так магией своей пакостной в порошок сотрут. Если бы, хотя бы, не семидесятые, а на десяток уровней поменьше, кто его знает, может, и отплевались бы, а так...
- Что они могут предпринять? - хоть как-то решил разорвать гнетущую атмосферу.
- Да что захотят, но, в итоге, ворота сломают и вырежут всех, - Лубь засопел, - ну, кроме нее, она их всех потом положит, да нам уже будет все равно.
- А ты не умирай, - хихикнула девчонка, - делов-то, отмахивайся чаще и бегай быстрее.
- Ну-ну, отмахивайся, - управляющий замка помрачнел еще больше, и я решился, пошло все к черту, подыхать, так хоть с музыкой. И положил ему на плечо руку:
- Мы встанем у самых ворот, вдвоем, ты и я, как тогда, спина к спине, и сдохнем, но сдохнем красиво, - а ведь как сказал, даже самого проняло. Он вздрогнул, потом как-то медленно обернулся и странно на меня посмотрел, долго так, задумчиво, затем кивнул, сжав губы в тонкую линию:
- Сдохнем, красиво, - рядом хмыкнула Уроголь.
Первыми начали атаку, как ни странно, пауки, да еще как, мгновенно выдернув из первых, подошедших на достаточное расстояние караутов, чуть ли не с два десятка, на треть уменьшив их численность. Просто, в какой-то момент в стороны врага быстро, почти синхроноо выстрелили сотни, если не тысячи серых жгутов паутины, вцепились в панциры как клещи, и втянулись назад, вместе с добычей. Я даже на носки привстал, в надежде разглядеть происходящее, но донжон не позволял видеть подножие стены, а жаль. Оттуда уже вовсю раздавались хлюпанье и треск, видать, спеленутым по рукам и ногам мобам, даже высокоуровневым, несладко приходилось против такого противника. Однако вот, из невидимой нам зоны буквально выпрыгнул весь покрытый ихором караут, без верхней правой руки и подволакивая ногу, но живой, а потом еще один и еще, паутина отпускала свою добычу назад, не всю, конечно, но большую часть.
- Молодые еще, неопытные, да и маленькие, - досадливо прокряхтел Лубь.
И понеслась! Карауты вновь выстроились, ощетинились клинками, образовав нечто ежа, и еще согнули нижние лапы к бедрам, ухватившись ими за лапы товарищей. Вот суки умные, не сдержал я вздоха восхищения, теперь такую махину хрен растащишь. И двинулись вперед, к воротам, всего их было порядка шестидесяти, может, чуть меньше, а то и под землей еще резервы ждали, кто знает. Но, буквально через полминуты, створки содрогнулись и принялись сотрясаться без перерыва.
- Они что, кулаками их выбить хотят? - не понял я.
- И им это удасться, - буркнул карлик, - все, я вниз, подыхать.
Через минуту мы замерли с ним в трех метрах от створок, и мне не нравилось это осознавать, но он был прав, еще минут двадцать они выдержат, а потом...
- Они наделены земной искрой, слишком долго жили в таких глубинах, куда никто вообще не спускался. Рассказывают, раньше они были не такими, но потом изменились. Это даже не магия, а нечто большее, камень их слушает, - произнес напарник, его иконка добавилось в мое обозрение, - вон, как петли ходуном в камне уже ходят.
Внезапно, с заднего двора раздался дикий рев и смачный, оглушительный удар молота по камню, почему-то именно так подумалоь в тот момент. Уроголь тут же, глянув на нас, кивнула, мол, вы теперь сами, и ринулась туда.
- Ну, вот, значит, не дураки, с двух сторон взяли, а там защиты почитай и нет.
- Она справится? - мотнул назад головой.
- Она-то? - он хмыкнул, - справится, а вот мы нет.
- Лубь, - позвал я, и он покоился, - помни - красиво.
Карлик растянул губы в улыбке:
- Будет тебе красиво, не переживай, - и ворота рухнули, с грохотом вывернув петли из стен и впечатавшись в землю, и на нас хлынули враги.
Первые же мгновения схватки несколько добавили недостающей информации до полной картины. Два на два мы не тянули, а именно так они вбегали в образовавшийся проем, и даже против одного вряд ли что смогли бы сделать. Разве что простояли бы дольше, а так, Лубь получил несколько мощнейших затрещин, с дуру попытавшись их блокировать, и отлетел в сторону. Меня же зажали в тиски сразу двое и я только и успевал, что уворачиваться, отпрыгивать и отвлекать на себя внимание, пока напарник с трудом поднимался. Полоска его жизней опустела на две трети, еще и дебаф какой-то повесился, но разбираться с этим времени не было, я спасал свою шкуру, вертясь как уж и абсолютно не жаля как оса. Не было времени просто.