- Ценное? Зачем? И тебе вовсе не обязательно общаться со мной вслух, я и так все понимаю.
Я вздохнул:
- Мне иногда просто хочется услышать хоть чей-нибудт голос, причем ушами, а внутри черепа, понимаешь? А ценное нужно для путешествия, ты глянь на нас, ни оружия, ни одежды приличной, ни денег нет. В отличие от тебя, мне себя содержать надо, а то помру от голода, холода или с чьей-то подачи.
"Я понял тебя, в моей поле ощущений нет никаких живых сущностей, так что опасность грозит лишь от нас самих", - выдал он тут же. Не понял, о чем ты?
"Мы можем упасть, можем сорваться или еще как покалечится, я тут изучаю пока твое тело и, должен признать, нашего слияния не хватит даже на самое простенькое воздействие", - с явным сожалением пробормотал голос, будто зачитавшись какой книгой и не желая от нее отрываться. Ба, да ты что там, меня вдоль и поперек рассматриваешь? "Ну, да, ты часть этого Мира, и я познаю тебя", - довольно прозвучало в ответ.
Приплыли, хотя, в принципе, ладно, будем привыкать к тому, что есть. Внутри меня словно согласно кивнули, удовлетворенные. Я лишь вздохнул и, еще раз скривившись от терзающей тело дурноты, поплелся на выход.
Весь верхний ярус был, походу, отдан под потребности этого храма или святилища, уж и не знаю, чем оно тут было. Гора была буквально изрыта комнатами, коридорами и прочими когда-то явно во всю использовавшимися помещениями и отнорками. Одни были высококлассно отделаны и смотрелись просто шикарно, с колоннами, резьбой и прочим украшательством, другие же находились на уровне чулана или кладовок. Но время не пощадило ничего, и всюду были отметины его бега в виде осыпающихся стен, трещин и даже небольших завалов.
Спустя, примерно, часа мытарств, до меня, наконец, дошло, что жившие тут не передохли вовсе, а банально свалили, забрав с собой чуть ли не все, что смогли отодрать и утащить. Доказательством тому служило полное отсутствие мебели и прочих признаков проживания с удобствами - вокруг лишь голые стены, пол да потолок. Похоже, тут я ничем интересным точно не разживусь, и придется спускаться ниже.
Каково же было мое разочарование, когда и с ярусом ниже оказалась все та же картина, черт, что, вовсе помародорствовать не получится? В итоге, к вчеру я был вынужден признать полный крах своих надежд, связанных с халявным обогащением. Вот суки прижимистые, все унесли, все разобрали, даже утварь какая-либо, и той не нашлось.
"А ты в курсе, что тебе давно пора питаться? - раздалось вдруг в голове, - у тебя пониженный уровень роста и повышенный уровень утомляемости", - я лишь скривился, мысленно пересказав ему историю своих голодных игр и намекнул на то, что если бы он был чуть более внимателен, то заметил бы, что все последние часы я только и делал, что занимался поиском хоть чего-нибудь. В общем, ночь пришлось провести в одной из комнат на самом нижнем ярусе, хорошо еще, что спускаться догадался с другой стороны храма, выходить к реке сейчас не было никакого резона, а ручейков и прочих болотц вокруг и так хватало. Напиться будет из чего.
Утро не принесло ничего нового, я добрался до ближайшей воды, окунулся, напился и направился в сторону от горы. Делать тут больше было нечего. Стена леса тут также возвышалась непроходимой чащей но, зато, к ней не пришлось карабкаться, и ноги довольно сносно семенили по растрескавшимся каменным ступеням. Некогда параллельно моему ходу вела, извеваясь змеей, дорога, но сейчас от нее остались лишь воспоминания, а вот пеший ход все еще присутствовал в виде лесниц, мостков и прочей ажурной дребедени. Впрочем, мне этот архитектурный стиль порядком надоел еще пару дней назад.
Сквозь заросли продирался в некой прострации, стараясь не обращать внимания на довольно неадекватные выкрики в своей голове. Иногда они настолько казались детскими, что ненароком закралась мыслишка о возрастном соответствии моего подселенца. Впрочем, она тут же была им поймана, и в ответ раздалось лишь скрипучее фырканье, буквально через мгновения сменившееся на новые возгласы. Чего я только не наслушался тогда, начиная от "Ого-го", "Какая яркая", "Ты видел, ты это видел" и, заканчивая чем-то вроде "Ткни туда пальцем", "Лизни это, лизни", а что меня вообще из себя вывело, так это его сверхэмоциональное "Твою же мать". Он что, от меня этого нахватался? Тоже мне, часть великой сущности, по сути самый, что ни на есть, ребенок, в своей вариации, конечно. В общем, чувствую, мозгами я таки слегка двинусь...
А потом меня накрыло. Конкретно так торкнуло по всем фронтам, и этот хваленый сгусток не то, что объяснить нормально происходящее не смог, но и тут же расписался в своей беспомощности. Мол, сам не знает, почему и как, и отчего, не должно было быть сего и вообще он не при делах, его хата с краю и все такое.