Лихорадочно прислушиваясь к звукам в коридоре, воскресший неизвестный быстро переоделся в охотничью форму и умело перегрузил части восстанавливающей аппаратуры на бессознательное тело незадачливого охотника. Ещё минута ушла на несколько лёгких движений ладонями над головой парня.
— Попробуй. Как?
— Вроде приемлемо. Желаю удачи!
— Я думал, ты предскажешь будущее…
— Чтобы оно стало настоящим? Глупо.
— Ладно. Хотя бы одно: я вернусь?
— В алгоритме твоей судьбы слишком много условий. И все они связаны и свободны. Исходя из этой многовариантности, я не могу предсказать…
— Хватит. Ты прощаешься со мной спокойно — значит, я вернусь.
— Твоя догадливость выше всяких похвал!
— Болтун!
16.
Литта натянула на лицо охотничью маску и проверила, всё ли на месте. В ритуальной парадной одежде эрисиан можно спрятать многое: мелкое оружие из лёгкого, но прочного металла; кольчужные — лучеотражающие — жилеты; пояса, которые при детальном рассмотрении раскладывались наподобие ширм с многочисленными тайничками. Свободная одежда скрывала всё. Поверху оставался меч в ножнах на бедре (два сегментных прятались на спине). Эрисиане предпочитали, чтобы противник до последнего момента терялся в догадках, настолько ли они примитивны, чтобы драться лишь холодным оружием. На деле же в манжете каждого таился луч-пистолет, и достаточно резко распрямить ладонь, чтобы оружие влетало в ждущие пальцы, а под парадным плащом, перекинутым через левую руку, прятался компактный ручной лучемёт.
Недавняя плаксивость теперь вспоминалась с недоумением. И, хотя нежелательно отвлекаться на посторонние мысли, Литта немного беспокоилась: что же это было? Может, она недооценила пришельцев? Есть ли вероятность, что они не только технически развиты? Может ли быть, что ментальность их также совершенна? Но, насколько она успела приглядеться к каждому, люди вокруг неё в обычном состоянии. А целенаправленно влиять на отдельно взятую личность в толпе с большого расстояния нельзя. Для этого нужно хотя бы определить её. Сканирование? С момента подготовки к посольству она упорядочила свою ауру до уровня среднего человеческого поля…
— Дарт просил передать, — опоздавший охотник вложил в ладонь Литты браслетик-цепочку.
Она мельком удивилась, как охотник смог узнать её среди пятнадцати одинаково одетых фигур — по росту? — но поблагодарила искренне: забытый на столике браслетик, подарок мужа, круто повернул ход её размышлений. Литта даже не заметила, как лёгкая улыбка воспоминаний смыла напряжение с её лица.
Недовольный чем-то Дэниел оглядел своё сопровождение и первым шагнул в неизвестность.
17.
Их уже ждали. Один чёрный бесформенный силуэт чуть впереди, за ним в шахматном порядке — десять теней с необозначенным пока, а лишь ощущаемым оттенком угрозы.
Эрисианская охрана остановилась, а Дэниел торжественно домаршировал до представителя чужаков.
Литта с огромными предосторожностями "потянулась" к чужакам и в испуге отдёрнула ментальный щуп. Впечатление такое, будто она пытается сканировать мутанта с Эрис. Потом, по следам ощущений, она всё-таки уловила разницу: холодное прикосновение "холодного" и холодное излучение чужака — два пограничных состояния ненасытной жадности и абсолютного безразличия. Один ответ на свои вопросы Литта получила: чужаки — живые. Поколебавшись, она не решилась анализировать дальше. Лучше сначала послушать. А там посмотрим.
Точно за три шага до представителя чужаков Дэниел остановился, вынул меч из ножен и опустил оружие на тускловато-серый пол. Три шага — теперь уже от меча — и Дэниел произнёс полузабытую ритуальную фразу эрисианских посланцев:
— Мы слушаем вас внимательно и готовы постараться понять вас!
Искусственный ли переводчик был у чужаков, или нет, но представитель отозвался на том же чистейшем межгалактическом и говорил отчётливо:
— Отдайте нам человека, вывезенного вами с планеты Гермес, и нас здесь не будет. Через минуту. Навсегда.
Коротко и ясно. Но непонятно. Въедливый Дэниел поморщился и выдал:
— Но человека нет. Есть мёртвое тело.
— Отдайте нам мёртвое тело.
— И лучше не задавать вопросы. Так?
— Так.
— Тогда взгляните на проблему с наших позиций. Мы купили это тело. Для нас оно представляет интерес с определённой точки зрения: мы хотим знать, кто этот человек был и что с ним стало. И мы готовы поступиться интересами ради своей безопасности и отдать вам тело. Но для вас оно тоже представляет определённую ценность. Так?