Она опустила руки и с трудом улыбнулась.
— Если ты убьёшь его, ты станешь убийцей, — повторил Дарт. — А если он тебя?
— "Если" не будет. Я убью его
Безжизненные слова зависли в воздухе. Дарту стало неуютно.
— Ты так уверена.
— Уверена. Пока я не улетела на Альту, я слышала за спиной шёпот: "Вон идёт маленькая ведьма". А всё потому, что я осмелилась прилюдно проявить такие способности, каких не должно быть у человека. Мои защитные реакции гораздо совершеннее, а чувствительность выше.
— Но ты не была на Эрис несколько лет. Давние впечатления могли атрофироваться, а неприязнь случайного человека перерасти в надуманную ненависть людей вообще. Ты не задумывалась, что неприязнь может быть всего лишь твоим предубеждением?
— Ты не понимаешь, Дарт.
— Пусть так. Но мне кажется, я могу помочь тебе.
— Ты?..
— Есть идея. Мне нужно время до завтра, чтобы оформить её. И ещё, Литта… Эти твои телохранители… Какая функция для них важнее — защиты или сторожа?
— По-моему, обе равнозначны… Дарт, надеюсь, ты не хочешь предложить мне что-то вроде фиктивного брака? Учти, со мной это не пройдёт.
— Сначала подумывал, но наклёвывается нечто более действенное. Во всяком случае, уповаю на это.
Литта уже собралась с силами. Мышцы лица расслабились, и тень покоя вернулась на тонкое, слегка скуластое лицо. Она снова несколько отстранённо смотрела, как Дарт расплачивается за ужин, как подаёт ей руку…
4.
Через полчаса после ухода Дарта посыльный привёз продолговатый свёрток от Бредберга. Текст извинения, написанный от руки, заставил Литту нехотя улыбнуться проявленной к ней уважительности. Выпроводила посыльного и начала нетерпеливо распаковывать заветную игрушку. Под бумагой оказалась коробка, в ней — кожаный футляр с фирменным знаком Бредбергов. Девушка расстегнула ремешки, стягивающие крышку… Меч, с коротким лезвием и удобной, сделанной по её руке рукоятью, словно переместился в реальность их тех снов, которые беспокоили её в последнее время.
Литта медленно потянула сегментированное лезвие на всю длину.
Из суеверного страха она отказалась опробовать прямо на заводе: её волновала глупая мысль, что там оружие является товаром, перешедшим из рук в руки. Тем более, Бредберг сначала хотел обмануть её и вручить стандартно изготовленный меч.
А сны начали мучить её с того дня, когда она получила весточку от деда с прямым указанием немедленно вернуться по окончании университета. И всегда во сне меч становился символом безопасности. Литта решилась заказать оружие после очередного впечатляющего кошмара, от которого она вскочила, не понимая, где находится — в яви или во сне.
Её альтийский поверенный договорился о личной встрече с Бредбергом, нынешним из некоронованных императоров, владеющих сталелитейной промышленностью на Альте, а также сетью напрямую связанных с металлургией клубов и дочерних предприятий.
Литту пригласили на личный остров Бредберга, а уже там провели в своего рода выставочный музей при заводе. Очутившись в довольно обширной зале, девушка, забыв о цели визита, заворожённо бродила между вытянутыми в высоту стеклянными аквариумами. Мягкая подсветка позволяла разглядывать старинное оружие до мельчайших деталей. Вскоре Литта погрузилась в созерцание неплохо сохранившегося меча с жутковатой историей.
— Почему именно этот?
Девушка дёрнулась от неожиданности… Бредберга она знала по сетевым публикациям и, готовясь к встрече, невольно составила себе представление о его внешности: образец солидности, импозантности, аристократичности, сословного высокомерия и прочее. Перед нею же стоял высоченный, здоровенный блондин — такой здоровенный, будто он сам лупит молотом по наковальне в своём уникальном цеху ручной работы. Правда, простым рабочим его вряд ли кто осмелился бы назвать. Литта определила его как живое воплощение власти. А потому сразу почувствовала к нему активную неприязнь: как он смеет смотреть на ней сверху вниз (то, что Бредберг намного выше, не считается!)! Литта задрала подбородок и в тон ему, жёстко и грубовато, ответила: