- Подумай, - Питер целует охотницу в висок, и садится на постели, заставляя подняться и заворчавшую девушку.
- Папа не будет в восторге, - Эллисон вытягивает вверх руки, потягиваясь, и опускает голову, оценивающе и как-то задумчиво рассматривая свою грудь.
- Мне был бы необходим восторг твоего отца только если бы я собирался жить с ним, - Питер фыркает, поднимаясь на ноги и укоризненно разглядывая откинувшуюся на спинку дивана и, кажется, собирающуюся снова уснуть, девушку. - Но, поскольку это совершенно точно не так, для меня будет достаточно его согласия. Без восторга. А ты подумай… Ну так что?
- М? - непонимающе моргает Эллисон.
- Яичница или йогурт, юная леди?
- Яишенка, - Эллисон расплывается в довольной улыбке, грациозно вставая с дивана и прижимаясь к Питеру всем телом, обнимая его за шею. - Юная леди хочет яишенку. О, Лидия точно не будет - я тебе гарантирую. Пойду, кстати, её разбужу…
- И оденься хоть немного, - Хейл ловит развернувшуюся спиной девушку, мягко укладывая ладони на её грудь. - А то, знаешь, присутствие Лидии на кухне будет очень сильно меня раздражать. Почти невыносимо, - Питер касается губами тонкой нежной кожицы за ухом, чувствуя, как девушка довольно вздыхает.
- Я поговорю с папой насчет того, чтобы переехать к тебе, хорошо? И тогда посмотрим, - Эллисон озорно подмигивает Питеру уже с порога спальни, через мгновение скрываясь за дверью.
***
- Я больше чем уверена, что папа просто надеется, что мы вместе не уживемся… - ровно через неделю, в субботу ближе к полудню, произносит Эллисон, сидя на все том же диване в квартире Питера и глядя на стоящие перед ней две закрытые сумки.
- Я абсолютно уверен, что он только в надежде на это и согласился, - Питер кивает, аккуратно пристраивая подбородок на макушке девушки. - Что еще сказал?
- Что тетушек хватит инфаркт от таких новостей. “Тётушки” - это условное обозначение всей заокеанской родни, если что. Поэтому если кто-то из родни нагрянет в гости - он ни за что не отвечает.
- Хм… Думаешь, мне сразу в голову выстрелят?
- Господи, Питер! - Эллисон возмущенно фыркает, оборачиваясь к вервольфу. - Не говорит так… Тем более, что это очень похоже на правду, - со вздохом признает охотница.
- Вот-вот, я просто прикидываю шансы, - Питер довольно оскаливается, когда девушка забирается на диван на колени, вытягиваясь, чтобы коротко чмокнуть его в щеку. - Ты меня в обиду не дашь, так, охотница?
- Ну конечно, волк, - Эллисон смеется, укладывая руки Питеру на плечи.
- Хорошо, с этим разобрались, - Питер хмыкает, обнимая девушку, поглаживая чуть прогнутую поясницу сквозь ткань тонкой белой майки. - Теперь выбирай комнату…
- С балконом! - Эллисон лучезарно улыбается, когда оборотень подозрительно и насмешливо хмурится.
- Будешь в моё отсутствие пить там кофе в неглиже?
- Кого сейчас этим удивишь? - охотница фыркает, стукнув оборотня ладонью по плечу, когда тот недовольно рычит, сверкнув алой радужкой. - Я обещаю выходить на балкон только в приличном виде.
- Тогда ладно, - альфа благосклонно кивает. - Я в общем-то, так и думал…
- Что я выберу комнату с балконом? - Элли взглядом следит за Питером, пока он, кивнув, обходит диван, садясь рядом с ней. Девушка устраивается у него под боком, прижимаясь, когда мужчина обнимает её за плечи.
- Скажи, если что-то нужно, - Питер улыбается почти неловко, наклоняясь и целуя голое загорелое плечо. - Всё, что угодно.
- Хорошо, волк, - Эллисон нежно проводит ладонью по его щеке, подаваясь вперед и прижимаясь лбом ко лбу Питера. - Мне кажется, или ты волнуешься?
- Не кажется, - признается Питер, хмыкнув. - Я достаточно долго жил один, и в связи с этим могу просто забывать о каких-то вещах… Я хочу, чтобы тебе было комфортно, Эллисон.
- Поэтому я буду тебе напоминать о вещах, о которых ты будешь забывать, - девушка мягко улыбается, еще раз погладив оборотня по щеке.
- Договорились, маленькая охотница, - с довольным урчанием тянет Питер. - Я так понимаю, ты в ближайший час будешь занята раскладыванием вещей и всем таким прочим?..
- Обижаешь, Питер… - Эллисон демонстративно закатывает глаза. - Как минимум - пару часов…
- Только мебель в одиночку не двигай, - Питер улыбается, целуя девушку в щеку, когда та совершенно серьезно кивает.
Эллисон уходит на кухню - собирается поставить чайник и найти на кухне место для своей трепетно обожаемой коллекции чаев, а Питер относит обе её сумки в самую солнечную комнату в квартире. Для самого Питера, больше привыкшего к легким сумеркам, она была даже слишком солнечной, но он был абсолютно уверен, что Эллисон выберет именно эту комнату для себя. От пропитанных почти уже привычной волку нежностью мыслей, Питера отвлекает звонок в дверь, негромкой трелью прокатившийся по квартире. Гости у Питера во все времена были редкостью, а без приглашения или, хотя бы, предупреждения, никто приходить не рисковал - ни стая, ни родственники, ни немногочисленные знакомые, по той или иной причине знавшие, где живет Питер. Поэтому альфа не ждет совершенно ничего хорошего, открывая дверь. И не ошибается, хотя бы потому, что за дверью стоит широко улыбающийся Стайлз, за ним смущенно и напряженно разглядывающий стену Дерек, рядом с Дереком - безмятежно-прекрасная (будто не она неделю назад в этой самой квартире, изнывая от головной боли (от которой Эллисон была избавлена заблаговременно) и наплевав на все приличия, просила Питера сделать хоть что-нибудь с её несчастной головой) Лидия.
- Ух ты, - изумленно произносит вернувшаяся из кухни Элли, выглядывая из-за плеча Питера.
- Неожиданно, - резюмирует Хейл, с ног до головы оглядывая ничуть не смущающегося Стайлза.
- Я решил, что это почти как новоселье, и в любом случае - повод отметить, - радостно сообщает Стилински. - Мы не стали говорить всей стае.
- А откуда ты вообще… - начинает Питер, сдаваясь, когда Эллисон настойчиво тянет его за локоть, заставляя отойти и пропустить нежданную делегацию в квартиру.
- Это я случайно ляпнула… - признается Лидия.
- Ага, - Стайлз смешливо фыркает, оглядываясь. - Я же друг-гей.
- Я пытался, - Дерек разводит руками, пытаясь убедить Питера, что он сделал все, что мог.
- И я приготовил пирог, - Стайлз протягивает Эллисон выуженный из рюкзака контейнер. - И мы купили еще кучу всяких вещей, - следом из рюкзака появляется банка мороженого.
Питер думает, что от кровавой расправы над этим несмышленым ребенком и его спутниками его удерживает то, что Стайлз всегда так или иначе был ему симпатичен, что он привык ко всем троим за последние почти пять лет, ну и, в основном то, что Эллисон происходящее определенно нравится.
Она немного нервничает - скорее всего из-за того, что догадывается, как происходящее воспринимает сам Питер, - но в целом она искренне рада и довольной улыбке Стайлза, и подруге, и даже явно неловко чувствующему себя Дереку.
- Я чайник как раз поставила, - Эллисон скашивает вопросительный взгляд на Питера, и тот очень старается сделать вид, что ему не приходится прилагать усилий, чтобы не рыкнуть на родственника и его бестолкового человека… С другой стороны наивный и жизнерадостный энтузиазм Стайлза действительно заразителен - Питер смягчается, успокаивается, глядя на то, как Стилински выуживает из рюкзака какие-то новые контейнеры - “с еще тремя кусками пирога”, “с переездными печеньками, я делал их, когда сам переехал к Дереку”, “с диетическим муссом, Лидия, я знаю, что ты бы меня убила, если бы я его не сделал”, “с клевыми субботними брауни” и чем-то еще - Питер не услышал, потому что подошедшая вплотную охотница звонко чмокает его в щеку.
- Чайник - это отлично, - Стайлз лучезарно улыбается, не глядя открывая контейнеры и раскладывая по принесенным Эллисон тарелкам.
Питер думает, что ему просто стоит через это пройти. Может быть привыкнуть - потому что Эллисон определенно нравится происходящее.