Шатен помотал головой из стороны в сторону, закрыв глаза и пытаясь прогнать наваждение, и впервые за долгое время он, глубоко вдохнув, ощутил запах... Пустой желудок, который не знал еды уже почти четыре дня, сжался и попытался вытолкнуть свое скудное содержимое наружу. Молодой человек, подавляя рвотный позыв, зажал себе рот рукой. Карие глаза, наконец, распахнулись, и тяжесть всего сотворенного за этот вечер и долгую ночь обрушились на него всем своим весом. Глаза снова наполнялись слезами, пока легкие против его воли вдыхали смесь гниения и пыли. Через несколько мгновений взяв себя в руки, шатен снова приблизился к трупу и прошептал:
‒ Все закончилось. Все закончилось, Лиам...
Глава 1. Куст шиповника
17. 10. 1824, Кентербери, Кент
Возле большого, скрытого в тени раскинувшихся дубов, деревянного амбара, ворота которого были распахнуты, стоял до смерти испуганный паренек в синем комбинезоне на широких лямках и бледно-голубой рубашке. Его тонкие руки дрожали, но совсем не от осеннего прохладного воздуха. Он переминался с ноги на ногу, не решаясь зайти внутрь. Периодически парень посматривал на дорогу, где стояла повозка, запряженная его любимой вороной лошадью по кличке Эстер. Лошадь смотрела на своего хозяина и словно спрашивала, что они здесь делают. Юноша иногда хмурился, как будто бы борясь с желанием бросится на утек и уехать отсюда, но что-то останавливало его от этого поступка. Когда где-то в амбаре что-то с грохотом упало, парень вздрогнул, и светлая челка упала ему на глаза. Он с опасением снова заглянул внутрь сельскохозяйственной постройки.
‒ Дядя? ‒ нерешительно позвал он кого-то, где-то в глубине души желая, чтобы на его зов никто не откликнулся. ‒ Дядя, пойдем домой. Все ждут тебя.
‒ Конечно, мы пойдем домой, Сэм, но чуть позже, ‒ раздался мужской голос. ‒ Мне просто нужно найти лопаты побольше!
‒ Дядя, нет! Как ты можешь... Это же неправильно! Ты же шутишь? Скажи мне, что ты шутишь?
‒ О чем ты? ‒ на пороге амбара с двумя лопатами в руках появился высокий, статный молодой человек с острыми скулами и совершенно безумным взглядом карих глаз. Его каштановые волосы, обычно всегда аккуратно уложенные, были взлохмачены. Верхние пуговицы белой рубашки, на которую он сразу натянул легкое пальто, где-то оставив свой пиджак, были расстегнуты.
‒ Про кладбище, ‒ умоляющим голосом начал юноша. ‒ Ты говорил про кладбище, когда мы ехали сюда. Что ты имел в виду? Ты же не всерьез про Лиама?
‒ Что значит «не всерьез»? ‒ возмущенно посмотрел на своего племянника молодой человек и снова скрылся в амбаре. ‒ Конечно, я серьезно!
Когда он снова появился перед юношей, в руках у него, помимо двух лопат, был гвоздодёр.
‒ А это для чего? ‒ с ужасом спросил паренек.
Молодой мужчина не ответил и только улыбнулся по известной лишь ему одному причине.
‒ Дядя, поедем домой. Ты устал... ‒ подросток вцепился в рукав человека, задумавшего неладное.
‒ Ты совсем меня не слышишь, Сэм, ‒ раздраженно произнес он, закидывая лопаты в повозку. ‒ Чем быстрее мы все сделаем, тем быстрее вернемся домой.
‒ Но зачем нам вообще это все делать? ‒ казалось, что юноша вот-вот разрыдается.
Был уже поздний вечер, и значительно похолодало. В этот день из-за клубящихся на небе, тяжелых туч темнело слишком быстро. Откуда-то издалека донеслись приглушенные раскаты грома, и это привлекло внимание шатена. Он на несколько секунд, задрав голову, уставился в стремительно меняющееся небо.
‒ Видишь, и погода портится...
‒ Верно, ‒ согласился молодой человек. ‒ Поэтому нужно поторапливаться. Садись в повозку, Сэм, ‒ он ловко забрался на место кучера и схватил вожжи. ‒ Ну, же! ‒ металл в голосе прорезал тишину, воцарившуюся перед надвигающейся бурей.
Подросток, поджав губы, покорно сел рядом со своим дядей, не сводя с него взгляда. Поводья опустились на спину лошади, и она, также как и ее хозяин, смирилась с требованиями сумасшедшего. И все же для Эстер эта поездка была более приятной. Мягко покатившаяся вперед по пыльной дороге повозка оставила позади амбар с растерянно распахнутыми воротами, величественный дом хозяина амбара, владелец которого уже никогда не вернется туда, проехала еще несколько двух- и трехэтажных соседских особняков окруженных резными, местами сплошняком заросшими плющом, оградами, и теперь катила по проселочной дороге с высокими, растущими вдоль нее дубами и раскинувшимися кустами акации.