Они некстати покрылись тонкой коркой льда. Лия не шевелилась, иначе осколки упадут на пол.
– Ты добра дочь моя, – он рассмеялся и налил себе в чашу ещё вина. – Она уже выпустила свои коготки и рассказала, зачем дружила с тобой?
– Наи? Так вы знали? – возмутилась Лия, но осеклась, опустила взгляд в пол и склонилась ещё ниже, прося прощения.
– Тебе было полезно узнать такой сорт предательства. Там куда ты оправишься, тебе предстоит быть хитрее и проворней всех остальных. Главное не забывай, – я хочу защитить тебя.
Лия вопреки своему желанию, прикоснулась к отцу ледяными руками и спросила:
– Моя цена три рудника?
Он взял её руки и прижал к себе, согревая их.
– Ты бесценна, моя любимая дочь. Хозяин золотого города защитит тебя, когда начнётся расправа над нашей семьёй. Твои братья тебя не спасут. Возможно, Ли и попытается, а Ля продаст тебя первому, кто заплатит больше. А Ло и вовсе может обменять тебя, когда встанет вопрос о его жизни или смерти. А я стар дочь моя.
– Ты проживешь долгие годы. Ты ещё воспитаешь своего приемника, – Лия прикоснулась лбом к рукам отца и заплакала. – Не отправляй меня в Золотой дворец, только не туда. Прошу тебя!
Правитель отстранил от себя Лию и внимательно посмотрел ей в глаза и шепотом спросил:
– Когда это началось?
– Не понимаю, – Лия опешила, голос отца звучал необычно нежно вперемешку со страхом.
– Магия разума? Ты вплела в свои слова её силу. Только не ври мне, пожалуйста, дочь моя.
– Так это был не сон, – с отчаянием в голосе сказала Лия.
– Получается вчера, – ответил правитель. – А я старый дурак, всё гадал, отчего стая так переполошилась.
– Отец, я, – промямлила Лия. Она не знала, что и сказать, всё так странно.
– Молчи и слушай, – правитель отстранил Лию от себя, и взял чашу с вином. – Ты не поедешь в Золотой дворец. Не сейчас.
Он замолчал, а потом со всей силой бросил чашу на пол, а сам поднялся и прошёл к окну.
– Почему так поздно? У меня не хватит времени тебя подготовить.
Правитель прошёл до дверей и вернулся обратно к Лие и приказал:
– Ты сейчас же пойдёшь в свою комнату и будешь сидеть там. Ни с кем не разговаривай. Ни на кого не смотри. Завтра утром за тобой придут, и ты уедешь в поселение оборотней. Там безопасно. Тем временем я придумаю, как оставить власть за тобой и Кровавым дворцом.
– Всё было бы проще, если бы я была мужчиной? – с горькой усмешкой спросила Лия.
– Дело в традициях, – отмахнулся отец. – Дед отлично справлялся без сил, так как магия разума была у его жены. Они искусно это скрывали. С тобой Лия, всё по-другому. В тебе есть магия стихий. Её очень тяжело спрятать, не зная, как ей управлять. Я полагал, магия исчезнет с возрастом, но она стала ещё сильнее. И я не знаю, как стихия будет сочетаться с разумом. У корфуанцев не было подобных магов, если мне не изменяет память. Поэтому останешься у оборотней – будем наблюдать, столько сколько потребуется. Ступай.
Лия на прощание обняла отца и выбежала из комнат. Она никогда не перечила ему, и сейчас поступила, как и он велел. Заперлась в своей комнате, но к вечеру Лия поняла, если не увидит хоть кого-то напоследок перед тем, как жизнь окончательно измениться, то превратится в огромный комок из волнения и страха. Она позвала к себе служанку и попросила принести чай.
Служанка вошла, не смотря прямо на Лию, только себе под ноги.
– Почему ты не смотришь на меня, мерзавка? – Лия не сдержалась и спустила своё напряжение на служанку, но тут же пожалела, что уподобилась другим жёнам.
– Простите, госпожа, – промямлила служанка.
Подняла чайник и трясущимися руками налила чай в пиалу, но пролила несколько капель. Чайник на мгновение замер на полпути к подносу.
– Только не замораживайте меня, я сейчас всё уберу, – воскликнула она, выронив посуду из рук, разливая кипяток по столу.
Лия со всей силы сжала челюсть и схватилась руками за подлокотник плетёного кресла. И молча провожала взглядом ручеёк, бегущий к концу столешницы. Он выбирал: пролиться на покрытый разноцветной мозаикой пол или ошпарить ноги.