Читать ей, однако, не пришлось. Прямо перед нами возникла подруга Лии. Ее тело блестело от капель воды, стекавших тонкими струйками на горячий песок.
— Лия, я видела Сергея, — объявила она, окинув меня беглым, но внимательным взглядом.
— Он спросил обо мне? — заинтересовалась Лия, отложив книгу в сторону.
— Нет.
— Ну и отлично, — Лия подмигнула подруге.
В то же мгновение она поднялась и проговорила:
— Килина, собирай наши пожитки, пора идти домой.
— Так ведь солнце еще высоко, — попытался я возразить, тоже вставая.
Лия таинственно улыбнулась и ничего не ответила.
— Девушки, может, останетесь еще ненадолго, — я вновь попытался задержать их.
— Нам надо сделать сегодня еще одно дело, — ответила Лия, — одно очень важное дело, — повторила она, затем обратилась к подруге за подтверждением своих слов. — Не так ли, Килина?
— Именно так, — ответила та, изобразив на лице улыбку.
— Тогда я тоже ухожу, — не раздумывая, сказал я.
— На тебя тоже дела свалились? — спросила Лия, иронично улыбаясь, глядя на меня краем глаза.
— Такова жизнь, — я уже поспешно собирал вещи. Пока я одевался и укладывал подстилку в сумку, девушки ушли. На аллее, ведущей в сад, они остановились, дожидаясь меня.
— Пойдем на катер. Пару минут — и мы на том берегу, — предложил я.
— Пойдем, — согласилась Килина, и мы направились друг за другом по тропинке к причалу, от которого каждые десять минут отходил небольшой катер, заполненный отдыхающими.
Не успели мы сделать и десяти шагов, как Лия внезапно остановилась, повернулась и пошла в обратную сторону, бросив на ходу:
— Не хочется в этой давке толкаться. Я пойду через мост.
— Счастливого пути, — ответил я, глядя через плечо на ее гибкое тело, сильные загоревшие ноги.
Мы двинулись дальше с Килиной, которая что-то говорила без умолку. Какая-то необъяснимая сила лишила меня слуха, я старался не отставать от своей спутницы, но ноги ступали, как по клею, и все время подмывало глянуть назад. Несколько раз я все-таки обернулся, следя за тем, как увеличивается расстояние между мной и Лией, которая удалялась, не глядя по сторонам.
Не доходя до дебаркадера, я остановился:
— Килина, я подумал, что здесь… на мосту…
— Меня зовут не Килина, — она слегка покраснела.
— А как? — недоуменно спросил я.
— Катя. Лии нечего делать, вот она и…
— Извини меня, Катерина, — оборвал я ее на полуслове и сломя голову бросился назад, стараясь не упустить из вида девушку в красном платье и в соломенной шляпе, которая то исчезала, то вновь появлялась.
Я догнал ее, задыхаясь, на краю моста. Услышав мои шаги, она резко обернулась и рассмеялась. Затем оперлась на поручень и с улыбкой принялась разглядывать водную рябь.
Я остановился рядом и тоже посмотрел вниз, правда, ничего особенного там не заметил.
Лия не спеша двинулась дальше, игнорируя мое присутствие, словно я был для нее чем-то вроде воздуха. Мне хотелось сказать что-нибудь, но моя голова просто гудела от воцарившейся в ней пустоты. Мы шли молча. Мимо проезжали машины, громыхая на спайках моста.
Мутная вода, закипая в больших и маленьких водоворотах, уносилась течением, а высота моста гасила малейший всплеск или журчание. Солнце, склонившись над горизонтом, все еще било в глаза. Справа от моста виднелась источенная водой стена старой крепости. Изъеденный временем серый монолит цитадели казался в лучах солнца каким-то сказочным замком. Я смотрел на этот живописный памятник былого величия и время от времени украдкой поглядывал на смуглое лицо Лии. Ее миндалевидные, раскосые, угольно-черные глаза тоже украдкой следили за мной. Хотя я уже успокоился, мне не хватало смелости высказать ей то, что было у меня на уме — пусть не думает, что ей удалось меня завоевать и теперь я ее ревную.
— Хочешь, скажу тебе, о чем ты думаешь? — внезапно спросила она, пристально глядя мне в глаза.
Я почувствовал, как наливаюсь густой краской, а Лия добавила:
— Ты думаешь о том, кто такой этот Сергей, о котором сказала Килина.
От такой поразительной проницательности я даже споткнулся. Она задорно засмеялась, а я стоял как вкопанный, пытаясь улыбнуться. У нее и вправду завидная интуиция.
— Предположим, я в самом деле думал о нем, — ответил я, пытаясь выглядеть спокойным и безразличным.
— Я знать его не хочу, — решительно заявила Лия.
— Он чем-то обидел тебя?
— Нет. Просто-напросто вообразил, что я сохну по нему и теперь держится гордым индюком.