А-Тао тут обратился:
– Лиза, посмотри на свою подругу и скажи, как нам ей помочь?
– А что случилось? Лола, что с тобой?
Лиза мигом оказалась рядом и, поймав лицо, заставила взглянуть себе в глаза.
Пара секунд неподвижности, и та моргнула:
– Лиз, привет. Как ты?
– Нормально. Что с тобой?
– Я хочу уйти, умереть, а мне не дают, помоги?
– Кто бы мне помог, – хмыкнула Лиза невесело. – Лол, они не отпускают. Я тоже хотела умереть, но потом они вывернули мозги наизнанку, и я осталась.
– И как тебе?
– Хреново, как будто через теплый скафандр мир вижу. Но умереть не хочу, потому что вообще ничего не хочу. Но так тоже можно жить, поэтому расслабься и махни рукой.
– Я надеялась, что тебе удастся вернуться, а потом Гааса сказал, что ты подписала контракт с Семнадцатой, и я поняла, что всё…
– Шансов нет, мы тут умрем, так зачем затягивать агонию? – кивнула Лиза понимающе. – А помнишь, мы Маринку жалели?
– Да, она сошла с ума, пыталась убить дирэ, и ее пристрелили.
– Счастливица.
– Точно. Значит всё бессмысленно?
– Да. Нас не отпустят, смирись.
– Но право на смерть – это неотъемлемая часть культуры дирэ?! – возмутилась Лола.
– Но ты-то не дирэ, поэтому об этом праве относительно тебя или меня легко можно забыть.
– А моральная сторона вопроса?
Лола села и возмущенно посмотрела на Лизу, та пожала плечами:
– Давай свяжемся с советницей, она ничего не изменит, потому что ничего не решает, но группу пси-поддержки получим.
– Это провал?
– Полный.
– Мне жаль…
– Мне тоже…
Лола тяжело сказала:
– Хорошо, я готова – делайте что хотите.
– Лола, это неправильно, – тихо сказал обнимающий ее дирэ, аккуратно опутывая свиями. – Тебе помогут избавиться от суицидальных мыслей и только.
Жест близости, нежности и привязанности поразил. Это не просто друзья или любовники, это прям пара со всем сопутствующим вроде совместного имущества и потомства.
– Гааса, ты всё равно меня не слышишь, – устало сказала Лола, поднимаясь и отходя на пару шагов.
Дирэ закаменел, по лицу, как и прежде, ничего не читалось, зато свии четко показали состояние души.
– Ты меня тоже осуждаешь? – с горечью уточнила Лола.
– Нет, вовсе нет. Я тебя отлично понимаю, но и его могу понять – мы все цепляемся за близких, – отозвалась Лиза сочувственно. – Меня тянули те, кого я по глупости позвала в близкий круг, кто знает, чем бы всё закончилось, если бы не это решение.
– Ты опять, как обычно, даешь себя прочесть и посмотреть всем? – заинтересовалась Лола.
– Нет. Теперь вообще никому, – возразила Лиза с улыбкой. – Предыдущих тридцати друзей хватило.
– Они остановили тебя?
– Они отошли в сторону, а местная парочка остановила – не могу, дескать, убивать никого из близкого круга.
– Все мы эгоисты по своей сути.
– Согласна, но иногда это весьма неудобно, – Лиза посмотрела на медиков и уточнила: – Вы сейчас будете заниматься Лолой, или мы можем пока поговорить, не мешая остальным?
– Идите, – махнул рукой А-Тао.
– Спасибо. Пошли, покажу мои хоромы, заодно расскажешь, как твое ничего?
– Договорились.
«Ничего» у Лолы оказалось получше, она попала на другое немаленькое судно, занимающееся перевозкой и переработкой дорогой и редкой руды. Собственно, первичная переработка сырья из астероидов и выпуск металлических болванок осуществлялся на станции покрупнее Семнадцатой раза в два. Из-за специфики места добычи и методик переработки станция постоянно двигалась, перемещаясь автоматикой и пилотами.
Дирэ-пилоты, как правило, там начинали дергаться и нервничать, найти кого-то на долгий контракт почти невозможно. Зато девочки справились на отлично, и трое из шести выживших как раз оказались на таких вот дрейфующих летающих заводах.
Лола познакомилась там со всей постоянной командой и постепенно сблизилась с Гааса – главным технологом. Неплохой мужик, адекватный и понимающий Лолу лучше ее самой. Спокойный, стабильный, условно предсказуемый и надежный. Он создал у Лолы ощущение безопасности, пока в какой-то момент не стал задавать вопросы о ее дальнейших планах. У него подошел срок продления или изменения контракта, и если Лола хотела завести детей, требовалось поменять место работы. С этого момента изменилось всё. Лола не планировала детей, не хотела играть в семью, а просто тихо и спокойно жила, стараясь не думать о завтрашнем дне. Вопросы Гааса выбили из привычного состояния, а новости о случившемся с Лизой добили, так что она оказалась на грани срыва. Хотела умереть, но ей не удалось. Уж подобное дирэ у близких отследить способны.
– Что думаешь дальше делать? – уточнила Лиза после паузы.