В широком смысле под «фейри» в западноевропейском фольклоре принято подразумевать всё многообразие родственных мифологических существ, нередко кардинально отличающихся друг от друга и внешностью, и повадками; якобы дружелюбных и приносящих удачу, чаще - лукавых и мстительных, склонных к злым шуткам и похищениям.
Фейри являются обладателями божественной лени и вмешиваются в дела людей только тогда, когда те явно мешают их праздности и веселью. Также характерной особенностью фейри является то, что живя рядом с людьми, они существуют в своём параллельном мире, где время и пространство кардинально отличается от земного. Крайне любят воевать с кем бы то ни было.
Часто фейри делят на лояльных к людям (Благой двор) и тех, что людям враждебны (Неблагой двор). Также присутствует некое деление по родам: на героических фейри, бродячих, прирученных и одиноких. Упоминания о бродячих фейри, тесно соприкасающихся с миром людей, иной раз несущих добро, иной раз – зло, самые частые. Одинокие - те, кто злобен по натуре и предпочитает общению одиночество. Они отличаются от бродячих еще и тем, что предпочитают одежду красного цвета, тогда как бродячие носят зеленые куртки. Одной занимательной особенностью фейри является неземная красота, испорченная, однако, каким-нибудь уродством. Фейри всегда можно отличить от человека по какому-либо телесному недостатку.
Так как в нашем мире они становятся реальны и обладают физическим телом, их можно ранить, а значит и убить. Это было, как считали кельты, довольно просто. Фейри смертельно боялись обычного железа и проточной воды. К фейри относят множество существ, вот немногие из них известные всем:
Бендит эр мамай(имя скорее не знакомое, а вот род их деятельности очень даже) – крадут и подменяют здоровых детей на больных.
Маленький корнуэльский народец – для нас они носят привычное название «феи», но для англичан только так.
Эльфы – да-да, - это отдельный вид фэнтези, - скажете вы, но нет, это тоже фейри.
Лепрекон - заядлый пьяница, курильщик, башмачник.
6. Гости из Броншира
6.1 Единственный друг Томаса.
- Ах, это прекрасное субботнее утро, - подумал бы любой на моем месте, но моя единственная мысль, после ночного кошмара была о том, когда наступит воскресенье, чтобы поехать на службу и поговорить с викарием. Измеряя комнату шагами, от остывшего камина до окна и обратно, я ждала прихода Матильды. Камин в этот раз был растоплен, как положено, так что тепло продержалось до самого утра.
- И вовсе этот зимний праздник не такое уж важное событие, - думала я, вспоминая то бледно желтое платье, подаренное Мери. От нового я отказалась, но она настойчиво перешила воротничок и манжеты, добавляя новизны и утонченности моей несуразной персоне. Господь уберег меня от новых метаний, и я остановилась у окна. К каменной дорожке подъехали двое всадников. – Я, по меньшей мере, ожидала, что у Томаса больше друзей, хотя бы больше одного. – Быстрый взгляд вдаль окончательно убедил меня в том, что Орвальд младший привез из Броншира единственного друга. Всадники ловко спрыгнули со своих скакунов, Том передал поводья мистеру Грубберу, а его друг, бывший довольно высоким, смею заметить, точно на голову выше Томаса, отдал свои неизвестному мне слуге - груму*. Мужчины сняли перчатки, чему-то рассмеялись, из их ртов вырывались клубы пара, кажется, утро выдалось холодным. Я повернулась к двери, услышав стук, Матильда пришла помочь мне собраться к завтраку, а когда повернулась обратно, то наткнулась на пронзительный взгляд незнакомца. Он заметил меня, но словно быстро потерял интерес, резко повернулся к Тому и что-то у него спросил, а я вернулась к своим суетам.
- Завтрак подадут через час, мисс. – Матильда была одета парадно, не в хлопковом, как обычно, а в выходном черном платье с белым передником и чепцом. Она помогала мне собраться к завтраку, в комнату снова постучали, - посмотри кто там, Матильда, - смутилась я.
К счастью, новым гостем у меня оказалась Мередит.
- Спасибо, Пэм, можешь быть свободна, - отпустила она служанку. Глаза сестры сияли от предвкушения, весь её вид говорил о волнении и радости. Она подпрыгнула на месте как девчонки и взвизгнула, хватая меня за руки. – Он приехал, приехал, приехал, Лиззи, я так соскучилась! - Покружив меня два раза по комнате, она тотчас успокоилась, всё-таки миссис Орвальд не престало вести себя, подобно кухарке, - давай причешу тебя, дорогая, - она выглядела по-настоящему счастливой.
- Ты так сияешь, дорогая сестра, это платье чудесное, очень тебе идет, - похвалила её утренний туалет. – Жаль, что вам не удастся побыть наедине сейчас, к завтраку спустятся все.