- Я устала, так устала здесь, Мередит, я хочу домой, не здесь, а в наш обветшалый дом в Броншире, хочу на чай к Пембертонам и покупать вместе с тобой выпечку по субботам. – Ненавистные слова сами лились из моего грязного рта, еще больше расстраивая и без того расстроенную меня.
- Я ненавижу старика Орвальда, ненавижу эту ледяную змею – Пэм, что мне делать, Мер, что делать? – она обняла меня, утешая.
- Давай мы пойдем дальше, утри слезы, птенчик мой, - она приобняла меня за плечо и повела дальше по тенистой аллее, - накануне я встала раньше обычного, почувствовав себя плохо и вместо того, чтобы дернуть за шнурок и вызвать хоть кого-то, ту же Пэм например, я одела халат и спустилась вниз, и чтобы ты думала я там увидела? – она улыбнулась, очень задорно, надо сказать.
- Ну, что ты там увидела, Мередит? – упрямо повторила за ней, ожидая развязки.
- Наша прилежная Пэм гладила газету мистеру Норману, представляешь? Никогда бы не подумала, что он настолько чопорный. Заставляет бедняжку проглаживать его утреннюю прессу. А после, поговорив с мистером Майлсом, лакеем, вообще выяснилось что Пэм и не Пэм вовсе, её зовут Матильда. Она работает еще с тех пор, как Томасу было десять лет и при приеме на работу, старый мистер Орвальд посчитал её имя слишком длинным для своей горничной, поэтому назвал её Пэм. И любую другую горничную зовет точно также. Нам не посчастливилось наблюдать это раньше, но уверяю тебя, члены этой семьи и работники дома еще успеют тебя удивить.
- Рассказ Мередит привел меня в неописуемый восторг, слезы высохли тотчас и я развеселилась. – Спасибо, Мер, это весело, теперь они не кажутся мне такими же страшными, они скорее смешные.
- Конечно, сплетничать не хорошо, Лиззи, но понаблюдав за обитателями дома, ты поймешь, что они тоже люди, достойные уважения, со своими тяготами и чаяниями. Я надеюсь, ты помолишься за них этим вечером. – Мери закончила назидать и ахнула, мы подошли к старому поместью Орвальдов.
Я дала ему имя Олдхолл. Он был ровно такой, как описывают в страшных историях: сто лет как заброшенный, заросший диким виноградом и, несомненно, разрушенный наполовину. Часть дома все же уцелела, как и говорила Мери. По левой стороне и части центральной было понятно, что особняк был полностью симметричным когда-то, так что разрушенную часть было легко восстановить в собственном воображении. Олдхолл обрамляет прямоугольник большого внутреннего двора, в который ведет аркада, бывшая когда-то застекленной. Мери объяснила, что левая часть была жилой, на третьем этаже даже сохранилась часть галереи, а вот правая была хозяйственной, там не было ничего интересного.
Любуясь величественным строением, мы не заметили, как оказались во внутреннем дворе. Моё внимание привлекало буквально все. Брошенная телега, оставшаяся от случайно застуканных селян, таскающих камень особняка на собственные нужды, хотя, а нет, все равно, это должно было быть именно так. Пусть будет так, как я хочу. Разбитые вазоны, здесь был даже фонтан, некогда выглядящий просто великолепно. Дева с вульгарно распущенными волосами, абсолютно голая, смею заметить, выливала когда-то воду из своего кувшина в чашу фонтана.
- Позволь я рассмотрю замок поближе? - нежно погладила руку сестры. Конечно, юбка цеплялась за все что попало, но желание зайти внутрь замка, где некогда жили люди, - интересно как там всё? – это было сродни искушению. Мне необходимо было побывать внутри.
- Я не разрешаю, Лизбет, не стоит туда заходить. Вдруг, оно обрушится или ты поранишься? Нет, категорически нет.
Отказ сестры без сомнений, расстроил меня, но я не теряла надежды. – Мери, я пойду вперед, к фасаду, а ты еще погуляй здесь, - хитро попросила я, на что получила очевидное: - Нет, мы идем вместе и точка, - она заколебалась, - ну или я пойду к фасаду первая, здесь немного жутковато, если честно, одно дело слушать рассказы Тома, за милым обедом, а другое быть здесь вживую.
- Конечно, Мери, я сейчас. – Как только её фигурка дошла до анфилады, я опрометью бросилась к входу в особняк, теперь он был левее, так как мы находились внутри двора. Дверь отсутствовала. Меня окутала темнота холла, подниматься по старой каменной лестнице, что расположилась над камином, я не рискнула, пока не услышала шум сверху. – Ах, эта негодница, - подумала, - соврала, что ей страшно и решила войти с той стороны, чтобы напугать меня, - сущий ребенок, моя веселушка Мери, - рассмеялась я. Откинув страх и подобрав плотную юбку костюма, я начала подниматься. Доски на полу второго этажа прогнили до основания, так что я держалась стен и избегала провалов. Лестница привела в маленький холл, а после коридор второго этажа. Вот, еще одна дверь и я нос к носу столкнулась с Мередит, внутренне возликовала, ведь ей не удастся меня испугать.