Почему то никому не пришло это в голову, но получалось так, что наш маленький отряд упрямо и бесстрашно продвигался к неведомой страшной силе, спрятанной где-то в Шертраде, в районе черных гор. Впрочем, может быть и правильно, что никто не подумал об этом. Зачем думать о таких вещах, когда можно просто радоваться жизни?
Агбад
- Помилуйте, Ваше Величество - я с искренним удивлением взглянул на эмира Ардана. - Вам ли жаловаться на одиночество, когда каждый житель не только Агбада, но и всего Лодора готов умереть за Вас.
- Бывает, что даже очень умные люди не понимают самых простых вещей - с улыбкой остановил мои словоизлияния эмир. - Я не стану оспаривать твоих слов, действительно большинство лодорцев готовы отдать жизнь за своего правителя, но не за меня, Виго, не за меня, а за некий символ, который веками ковали мои предки. А жизнь старого эмира Ардана ничуть не дороже жизни остальных жителей Агбада.
- Тем более теперь - добавил он с нескрываемой грустью.
Эмир замолчал и отрешенно стал наблюдать, как попугай в роскошном оперении занимался немудреной гимнастикой, время от времени делая сальто вокруг жердочки, на которой сидел.
- Плохо у нас в Агбаде, да и во всем Лахоре, плохо - после долгой паузы продолжил эмир. - Нет больше великолепного беломраморного Агбада, ослепляющего своей красотой не только Лахор, но и всю Ардену. Словно старый меч преломилась его воинская мощь, заставлявшая трепетать любого потенциального агрессора. Утерян порядок, основанный на наших традициях. Мой дворец, сейчас, пожалуй, единственное место, где неукоснительно соблюдаются законы Лахора. И, я. Именно я, виноват во всем происшедшем, поскольку допустил все это.
Я молчал. И совсем не потому, что по этикету не мог прервать речь Великого эмира. Просто мне нечего было сказать. Такое бывает. И еще мне было очень жаль Ардана. Одинокого старика, окруженного со всех сторон, любящим его народом. Да горсткой таких же старых, преданных друзей.
- А, ты знаешь? Я очень завидую тебе Виго - голос правителя был глухой и печальный. И тебе, и Мертимеру, и моему другу лорду Глэвену. У вас нет детей, и поэтому вам, никогда не придется испытать такое мучение, какое ощущает отец, испытывающий разочарование в своих сыновьях.
Великий эмир сделал какой-то неопределенный знак рукой. Я понял, что он хочет остаться один, медленно встал, поклонился и вышел.
У входа в дворцовый сад меня встретил Сабудэн. Видно было, что он терпеливо дожидался окончания моей аудиенции у эмира.
- Как, там эмир? - поинтересовался он.
- Мрачен, и очень печален - ответил я.
Белый лев понимающе кивнул головой. - Последние два года он всегда такой. Но, с этим ничего не поделаешь, а за меня никто мою службу нести не будет. Хочу предложить тебе небольшую прогулку по городу, поедешь?
- Конечно - сразу же согласился я. Давно не был в Агбаде, хочется посмотреть, как он изменился.
- Во-во. Для этого я тебя и зову - Кивнул головой Сабудэн. Хочу, чтоб ты увидел все своими глазами. После чего нам будет, о чем поговорить.
У дворца нас ждали две оседланные лошади.
- Мы, что, вдвоем поедем? - недоуменно спросил я.
- А, ты, никак боишься Ллойд - усмехнулся Сабудэн. - Не бойся. Твою драгоценную особу будет охранять на всем протяжении прогулки самый лучший берсерк Ардены.
- Да, ну тебя с твоими шуточками - отозвался я. - Я подумал, что Алине, и вообще нашим женщинам было бы интересно взглянуть на город.
- Об этом даже и не думай - Сабуден нахмурил брови. - Женщины до самого отъезда не покинут дворец эмира.
- Это почему же - буквально взвился я. - Уж не считаешь ли ты, что посадил их под домашний арест.
- Я руководствуюсь только вопросом их безопасности - спокойным, почти равнодушным тоном осветил старый воин.
- А тебе не кажется, что их уже есть, кому защищать? - ехидно поинтересовался я.
-Нет, не кажется.
Спокойствие начальника стражи эмира начало вызывать у меня раздражение. Я уже чувствовал, как в глубине души начинает глухо клокотать гнев. И тут я вспомнил слова Леруса, которыми в почти аналогичной ситуации маг вернул меня на свое место. Как он там точно сказал, не помню, но смысл закачался в том, что, несмотря на полное казалось бы восстановление, я еще не стал ллойдом. Другими словами, я еще не стал самим собой.
Раздражение, словно само по себе спало. И я уже почти дружелюбно спросил. - А, что скажет по этому поводу Великий эмир?
- А, ничего не скажет - даже не повернулся в мою сторону Сабудэн. - Он, как и все остальные подчинится моему приказу.
Раздражение и гнев полностью улеглись. Я прекрасно понимал, что начальник стражи всего лишь выполняет свои обязанности. И делает это так, как считает единственно правильным. Мне стало стыдно за свое поведение.
- Прости, Белый лев - я ткнул его локтем в бок.
- Да, ладно - он улыбнулся. - А я уже начал сомневаться, ты ли это, Виго, или тебя подменили. Ну, не будем терять времени, поехали.
Возле самых стен дворца было достаточно пустынно. Воины стражи Белого льва следили за тем, чтобы, здесь не было праздношатающихся и подозрительных. Но, уже на прилегающих улицах начиналась торговая часть Агбада. В отличие от Ардены, здесь не было такого базара, как Аль-Шияр. Но зато каждый дом представлял собой какую-то лавку, или, по крайней мере прилавок. Это было одновременно и удобно и беспокойно. Мало кому придется по душе вечно шумящая толпа у твоего дома, но лахорцы воспринимали такой образ жизни естественным и вполне приемлемым для себя.
Рядом с домашними прилавками, которые вполне можно назвать постоянными, существующими чуть ли не с основания Агбада, ютились небольшие временные прилавки, появляющиеся и исчезающие вместе со своими хозяевами. Благо, широкие улицы города позволяли расширению базовой торговой сети.
Я, признаться, просто глазел по сторонам и не вполне понимал, куда направляет свой пристальный взгляд Сабудэн. По крайней мере до тех пор когда он резко остановил коня у неприметного переносного прилавка.
- Ты посмотри, как наглеют - сквозь зубы прицедил он. - Скоро и в самом дворце начнут продавать свою гадость.
При появлении Сабудэна продавец в черном тюрбане стал лихорадочно складывать содержимое прилавка в большую сумку. Но было поздно. От сильного удара ноги прилавок упал и располагающиеся на нем разного вида безделушки, рассыпались по земле.
- Что это? - недоуменно спросил я.
- А, сам, что, не видишь? - Белый лев был вне себя от ярости. - Амулеты Черной магии. И, это, в самом центре Агбада такая гадость, ты представляешь. Да лучше бы мне погибнуть в какой-нибудь битве, чем видеть такое.
На старого воина было жалко смотреть.
Тем временем, слегка осмелевший продавец высунул голову из-за опрокинутого прилавка.
- Беспредельничаешь Белый лев - закричал он. - Я торгую здесь по разрешению эмира. Мне лицензию сам Муглы выдал. Смотри, когда-нибудь, найдется и на тебя управа.
Белый лев лишь пристально посмотрел на кричащего, и черный тюрбан скрылся под перевернутым прилавком.
- Едем дальше? - спросил я.
- Бесполезно - Сабудэн махнул рукой. Сейчас молва разнесет весть, что Белый лев вышел на охоту и все попрячутся.
А с этим что? - я кивнул головой на перевернутый прилавок, из-за которого все еще высовывался черный тюрбан.
- Да ничего с ним не сделаешь - Сабудэн вздохнул. - Он действительно продает свой товар по указу Великого эмира.
- Ничего не понимаю - я в недоумении потряс головой.
- О, ты даже не представляешь, сколько всего ты не понимаешь - Сабуден расхохотался. - Надо будет показать тебе еще и крикунов, которые открыто, призывают к смене власти в Агбаде. Эмир как-то пытается все успокоить, время от времени подписывая нелепые указы. И вот результат, торговля атрибутами Черной магии разрешена чуть ли не в самом дворце Великого эмира, Смертная казнь за прямые призывы к восстанию опять таки отменена высочайшим указом.