Когда, наконец, шлюпка, оттолкнувшись от борта начала постепенно отставать от "Дочери океана", я внезапно успокоился. Там впереди нас ждет неизбежный удар о скалы. Удар, к которому я шел всю свою жизнь. И каким я подошел к этому моменту, таким и примет меня океанская пучина.
- Ну, ты, жрец Самияров, давай, обнимемся что ли, на прощанье -повернулся я к Седдону. И мы обнялись.
- Посмотри, как много здесь шлюпок - хотел сказать я Седдону но не успел. Как будто по корпусу корабля кто-то нанес отвратительный мерзкий удар. Я успел услышать громкий, продолжительный хруст. Увидеть как первым ломается бушприт и нос "Дочери океана" медленно зарывается в воду. Потом, я почувствовал удар, меня швырнуло с мостика, и еще я ощутил, как толща воды смыкается надо мной.
Сначала не было ничего, кроме зеленоватой мути. Потом я увидел маленькое светлое пятнышко, приближающееся ко мне. Пятнышко росло по мере приближения и превратилось в прозрачную фигуру женщины. Призрак дочери океана, понял я. Прозрачная женщина не говоря ни слова, схватила меня сзади за талию и быстро понесла наверх, туда, где сквозь толщу воды слабо пробивался солнечный свет.
- Вот он, держите его скорей - услышал я возбужденные голоса, и сразу несколько пар сильных рук схватили меня и втянули в шлюпку. Похоже, что выглядел я, прямо скажем, неприглядно. Весь мокрый, в зелено-бурой тине. Вдобавок меня непрерывно тошнило соленой водой. Но живой. Редко, когда я был так близок к смерти, хотя, если вспомнить. Вспоминать, однако, я не стал. Не хотелось, да и не до этого было.
Шлюпка, подобравшая меня, тем временем подошла к борту парусника, и мне помогли подняться на борт. Первым, кого я там увидел, к моему изумлению, был доктор Мертимер, который решительно отстранив, бросившихся ко мне леди Вею и Ию, занялся моим осмотром.
- Здоров - выдал он свое обычное заключение.
- А, что с Седдоном - осведомился я. - Его нашли?
- Его-то сразу выловили - улыбаясь поведала леди Вея. - Это тебя столько времени найти не могли. Совсем отчаялись, не может человек столько времени под водой находиться. Просто, чудо какое-то, что ты жив.
- А Седдон, давно уже на берегу - добавил доктор Мертимер. - Я полагаю, что, наверное, уже участвует в церемонии возвращения черного рубина на его исконное место. Эти ребята такие быстрые, зря терять времени не будут. Кстати, моя застежка сраблтала, как инее сказали. Рубины потянулись друг к другу, ототого-то мы и так быстро нашли Седдона
Закончился, наконец, этот трудный и длинный день. Последние мелкие обломки "Дочери океана" давно уже унесло океанским течением. И над местом крушения опять. едва поблескивала в приближающейся темноте, безучастная ко всему, океанская рябь.
- Вот так вот, порой и человек. Даже следа после себя не оставит - как всегда неудачно сформулировал я свою мысль. О своем чудесном спасении, решил пока никому не говорить. Так, на всякий случай.
Вся наша компания осталась на любезно предоставленном нам паруснике. Безо всякого комфорта, конечно, но ночь пережить можно. Все равно, гостиницу нам никто не предложил. Спасибо и на том, что дали. Все-таки, как не крути, гости мы здесь были незваные.
- А, мне здесь даже больше нравится - мечтательно произнесла Ия, когда мы кое-как устроились на ночлег. - Мы все, как будто ближе здесь друг другу. Она сидела, крепко прижавшись к Самуэлю, а на коленях у нее, примостив голову, тихо посапывала Алина.
Глядя на них, трудно было с ней не согласиться.
Если бы любого из нас спросили тогда о том, что мы ждем на месте крушения "Дочери лкеана", вряд ли, кто-то сумел дать, сколь-нибудь связное объяснение. Хорошо еще, что хозяева нас не торопили, более того, регулярно снабжали нас продуктами питания и питьевой водой. Но, кто знает, как долго это могло продолжаться.
Впрочем, теперь это уже и неважно.
Нас не то, чтобы поднял, а просто подкинул на ноги неожиданный крик Алины. Все мы бросились к ней, указывающей куда-то своей маленькой ладошкой. А там плясал в волнах маленький белый поплавок, то скрываясь в мутной зелени, то выпрыгивая на поверхность. При этом, поплавок рос, все более и более удлиняясь. Вот он перестал уже скрываться в воде, вот уже на локоть вытянулся из океанской бездны. Словно что-то медленно выползало из океана. И с каждой минутой, все быстрее, и быстрее. Мы, молча, смотрели на это, на наших глазах свершающееся чудо.
- Помнишь Виго, - сказала вполголоса леди Вея. - Я как-то сказала, что "Дочь океана" это не название, а имя корабля. Тогда я и сама толком не смогла бы пояснить свои слова, но теперь, смотри Виго, Вот оно, рождение новой дочери океана.
Строго говоря, появившийся из океанского лона корабль, не был точной копией бывшей "Дочери океана", но, по общему мнению, был даже красивее. К тому же кораблей было два. Второй, двухмачтовая бригантина, отличалась от того маленького судна, которое мы утопили, куда, как более кардинально. Пожалуй, такого изящества линий у корабля, я пожалуй еще не видел. Хотя надо признать, что в этом вопросе, эксперт я не слишком авторитетный
- Тихо, не спугните - Алина прижала пальчик ко рту.
По палубе бригантины медленно шла прозрачная женщина, ведя за руку, такую же прозрачную девочку, возраста Алины. Затем женщина плавно переместилась на большой корабль, и оба корабля синхронно развернулись и медленно поплыли в сторону от этих убийственных скал.
Эпилог
Мы с Аль-Шияром сидели на палубе, младшей из "Дочерей океана", миниатюрной красавице бригантине и пили Арденское шипучее. По мнению большинства жителей Ардены лучший прохладительный напиток. Лениво покачиваясь в плетеных креслах-качалках, укрытые от полуденного солнца матерчатым навесом, мы неспешно вели ничего не значащие разговоры.
Бригантина стояла на якоре, в прямой видимости от берега. Мимо нас то и дело уходили в океан рыбачьи баркасы, постепенно скрываясь за линией горизонта. Я представлял себе, с какой тоской смотрит им вслед "Дочь океана" и сердце у меня изрядно щемило. Но и этот выход Аль-Шияра в океан, как гордо он сам охарактеризовал его, было максимумом того, на что мне кое-как удалось его уговорить. А, мне, так хотелось взять старика с собой в океан. Хотя бы на самое короткое плавание. Увы, Аль-Шияр боялся водной пустыни даже больше, чем любил бескрайние песчаные дюны и барханы.
Когда-то, теперь эти события казались мне бесконечно далекими, я с друзьями совершил путешествие в Лахор и Альбу. Я люблю воспоминания об этом вояже. И с каждым годом, все больше и больше, когда грустные и трагические события постепенно стираются из памяти, а радостные становятся еще ярче.
Тогда, в силу, так сложившихся обстоятельств, мы вблизи от Альбы умышленно разбили о скалы великолепный корабль Самуэля, который тоже назывался "Дочерью океана". За что впоследствии и были вознаграждены созерцанием чудесного зрелища, появлением из пучины двух прекрасных его дочерей. Которые стали достойной компенсацией за утерянный корабль,
С тех пор оба "Дочери океана", гораздо чаще бороздили его воды, чем стояли у причалов или на рейде.
Аль-Шияр все эти годы пытался перехватить меня, где-нибудь на пересечении водных и сухопутных путей. Все напрасно. Либо сам Аль-Шияр запаздывал, либо я раньше времени покидал место возможной встречи, но мы каждый раз расходились. Оно и понятно. Океан и пустыня, как рыба и птица. Трудно им быть вместе. Под конец, я и сам начал искать встреч с Аль-Шияром. И тоже безуспешно.
А, встретились мы совсем недавно на Аль-Шияре. Разве это не символично. Аль-Шияр на Аль-Шияре. Некогда, еще простой караванщик, сумевший дать свое имя самому большому базару на Ардене, Аль-Шияр изрядно состарился на своих караванных тропах. Рано или поздно он должен был осознать, что пора и на отдых. Там на базаре мы и встретились.
Первое его сообщение о том, что я богат, и не просто богат, а умопомрачительно богат, я воспринял спокойно. С одной стороны, нащупать в своих карманах какую-нибудь монету можно было лишь случайно. Но являясь другом таких людей, как доктор Мертимер и лорд Глэвен, я никогда и не думал о деньгах. Мои друзья просто решали мои денежные потребности, как свои собственные.