- В пузо, Райк! В башку бесполезно, в солнышко стреляй, или в пах! Заорала выбирающаяся из кустов наемница. Девушку шатало. Она явно с трудом держалась на ногах, но в ее руке уже был зажат меч.
Райк выстрелил. Раз, другой, третий. Чудовищно тяжелый, неудобный, да еще одинарного действия револьвер, проигрывал пистолетам почти во всем. Скорострельности, боезапасу, ухватистости, точности.. Но все недостатки, он искупал калибром и мощью крупнокалиберного винтовочного патрона.. Дульной энергии почти в семь тысяч джоулей и тридцати двух граммовой пули хватило бы и медведю. Мутант как-то просел, дернулся, зашатался. Раскинул в сторону лапы и издав высокий на гране ультразвука крик – вой ринулся на подростка. Поняв, что у него остался один единственный выстрел, а перезарядиться он точно не успевает Райк опять вскрикнув, вскинул оружие и тщательно прицелился. Попасть в глаз. Точно в глаз. Это ведь не так уж и трудно, Ллойс попадала в подброшенную монетку за пятьдесят шагов.. Захлопали частые выстрелы – от прикрывающей спин зомби костяной брони во все стороны полетели осколки. Отбросившая в сторону меч Ллойс от бедра палила по чудищу. «Словно в древних фильмах. Как звали тех погонщиков скота? Ковбои? Да кажется. Успел подумать Райк.» А потом монстр просто перестал существовать, обдав скриптора и всех окружающих целым водопадом, крови и кусочков дурно пахнущего мяса. Спустя мгновение по ушам ударил тихий, но невероятно болезненно ударивший даже не по ушам а казалось по всему организму хлопок.
- Под машину, Райк, живо! В укрытие! Рявкнула, Ллойс и подавая пример нырнула обратно в кусты. Вернее попыталась нырнуть. Ее движения можно было бы назвать даже в какой-то мере изящными, если бы в определенный момент, девушка не запуталась в собственных заплетающихся ногах, и прыжок не превратился в падение. Вырвавшийся из ладони наемницы револьвер описав широкую живописную дугу с чуть слышным лязгом ударился о борт фургона.
Прежде чем Элеум под аккомпанемент треска и отчаянной ругани исчезла в густом переплетении колючих ветвей моментально оценивший обстановку скриптор, в несколько прыжков, стараясь двигаться, как его учила наемница, пересек расстояние, разделяющее его с броневиком, и кувырком закатился под днище.
- Привет парень, улыбнулся ему, уже успевший обосноваться в укрытии, и высматривающий что-то в прицел Пью. – Не пойму где эта сволочь сидит, спустя некоторое время пожаловался снайпер. Надо же, гауссовку где-то достал, гад.
- Гауссовку.. Райк почувствовал, как в низу живота зашевелился ледяной ком страха. Винтовка Гаусса. Редчайшее и баснословно дорогое оружие, которым имели право пользоваться только самые лучшие паладины Железного легиона. Оружие, за каждый найденный экземпляр, которого платили столько, что счастливчик мог бы купаться в роскоши всю оставшуюся жизнь. За сокрытие, которого нарушителя предавали медленной и мучительной смерти через сожжение в стальном ящике. Кроме старейшин и сильнейших паладинов пользоваться ими могли себе позволить только лидеры крупных рейдерских банд. Причем, учитывая редкость, дороговизну и невозможность изготовления боеприпасов, у рейдеров обладание гаусс винтовкой носило скорее статусный, чем прикладной смысл. А еще им пользовались отъявленные негодяи и профессиональные убийцы высочайшего класса, те, кого и так ждала смерть при поимке.
- Эй, Райк! Тебе в рот и глаза ничего не попало? Отвлек его от размышлений донесшийся из кустов голос Элеум.
- Нет вроде! Со вздохом облегчения отозвался скриптор. И с удивлением осознал, что все это время он больше переживал не за себя, а то что неожиданно затихшая девушка могла при падении ударится головой, или напороться на какой ни будь острый сучок…
- У тебя вроде фляга на поясе. Умойся на всякий случай! Крикнула в ответ Ллойс. И киньте мне мою пушку! Она рядом с колесом лежит.
- Не вздумай, придержал за плечо поползшего было к корме фургона скриптора, стрелок. Заметит движение – всем каюк. Этой пушке броня не проблема. Не хочу кончить как наш безбилетник.
- Пью. Не там смотришь! Он ближе! Видишь куст маленький, за ним овраг. Он там засел! Снова раздался из зарослей голос девушки. И дайте мне кто ни будь мою драную пушку!
- Помогите! Я застрял! Меня в ногу ранило! Неожиданно заголосил Ыть! Горячо! Движок раскаленный! А я кровью истекаю. Ллойс? Кукла? Пью?
- Толстый, вжик-вжик? Неожиданно раздалось за спиной скриптора. Практически растворившаяся в густой тени огромного колеса, забившаяся в щель между полуосью и кузовом андроид, молниеносным движением вытянула руку, подхватила за ствол револьвер и точным броском отправила его в сторону зарослей. - Плохой. Пояснила она открывшему от изумления рот Райку. Вместе. Если вместе то всегда. До конца. Как один. Тогда хорошо. Вжик –вжик.
- Спасибо Куколка, я тебя люблю! Колючие ветки чуть заметно шевельнулись. - Все, сука! Я тебя вижу! Из ямы деваться тебе некуда! Кидай сюда ствол и вылезай! Неожиданно громко заорала наемница. У меня тут импульсная граната! Не хочешь вылезать - вылетишь!
- Райк, у тебя, что, и гранаты были? В пол голоса поинтересовался Пью. И дождавшись отрицательного жеста, подростка, удовлетворенно хмыкнул. – Огонь девка. С таким сотрясением, что на ногах не состоит, а сообразила..
- Не надо, летать! От баба летать совсем плохо! Я вообще не летать! Я вылезать! Только обещай не стреляй! - Раздался откуда то со стороны указанного наемницей ориентира низкий и хриплый, будто простуженный голос.
- Чего, ыть, тебе обещать?! Неожиданно решил включится в разговор, Ыть. Стреляй в него Ллойс! Кончай его и вытащите меня отсюда. Я вам весь хабар даром отдам только вытащите!! Пью, Куколка, Райчик! Я застрял! Тут короб почти до красна раскален.. Я ведь сейчас заживо зажарюсь сучьи вы дети. В голосе толстяка слышались плохо сдерживаемые слезы. Я уже ноги не чувствую.. Достаньте меня отсюда!!! А-а!!! Суки!! Достаньте!! Достаньте!! ДОСТАНЬТЕ!! В плачущем голосе толстяка неожиданно прорезались басовитые рычащие нотки. Фургон ощутимо качнулся.
- Потерпи, Ыть, я уже иду! Отозвалась не спешащая вылезать из кустов девушка. Минутку, только на ноги встану!..
- Ы-ы-ы… Жалобно отозвался толстяк.
- То-то я чую, свининой жареной потянуло, прокомментировал Пью. И закричал, повернувшись к оврагу. Ладно! Не будем стрелять! Только пушку свою сначала выкинь. И Руки держи так, чтоб мы их видели!
- Ладно! Хорошо!! Сначала на землю упала громоздкая, больше похожая на обмотанный проводами кусок рельса винтовка. Потом, куст дрогнул, и над колючими ветками поднялись две огромные словно противни для запекания хлеба ладони. А потом показался и их хозяин.
- Твою мать, Райк, отдай, он у тебя все равно не заряжен, а пристрелить всегда успеем, сначала узнаем, что ему от нас надо, зашипел, перехватывая ствол вскинутого скриптором револьвера снайпер. С некоторыми усилиями отобрав у подростка оружие, стрелок сунув его за пояс и взяв на изготовку свою снайперку выбрался из под фургона. - Ну и кто ты такой? Поинтересовался он, с интересом разглядывая приближающуюся к ним фигуру. А посмотреть было на что. Рост два с половиной метра. Прикрытые, кевларом, видимо выдранным из нескольких бронежилетов, предплечья толщиной не уступающие бедру взрослого человека, совершенно невероятной толщины шея, на которой огромная в два раза больше человеческой, морщинистая словно сушеная слива, совершено лысая, покрытая множеством застарелых шрамов голова выглядела мелкой и незначительной. Необъятная, прикрытая чем-то подозрительно напоминающим несколько небрежно обрезанных автогеном и сваренных в подобие кирасы канализационных люков грудная клетка, кажущаяся еще больше из-за, сшитой минимум из четырех обычных разгрузки с плотно набитыми чем-то карманами. Подойдя к фургону, серокожий медленно опустил руки и добродушно оскалился. Райк невольно попятился и зашарил по поясу в поисках револьвера.
- Моя, звать Умник. Громко возвестил мутант. Я ваша давно ходить. Вкусный консерва хотел брать, но меня баба –железный башка ножом тыкать. Я обидеться. Уйти. Потом ваша, дом старого зубастого ходить. Мне интересно стать. Никто мозга пока иметь в дом старого зубастого не ходить, а вы ходить. Тогда я за вами хотеть. У зубатого в дом много хороших штук. Вам хватить, Умник хватить. Все бы были друзья. Но тут кочевые человечки пришли. Я решить помочь. Стрелять маленький машинка. Стрелять зубатого. Я вам помочь. Вы теперь мне тушенка давать. Я с вами поехать мир смотреть! Я хороший! Явно утомленный, длинной и сложной речью серокожий, утер выступивший на лбу пот, и гордо выпрямился.