Аня вспыхнула, словно он надавал ей пощечин. Выскочила пулей, холоп едва дверь успел отворить.
– Свинья имперская! – шипела леди Анна потом в машине, забывшись от возмущения и лично сев за руль. Никогда она этого раньше не делала, если была я под рукой, – выставил меня из кабинета, словно приставалу дешевую! Да нас вместе пригласили на прием, обеих! Секретарь так и объявил! Сволочь! Нарочно унизить хотел. Ненавижу храмовников! Такси к ним, видите ли, не ходит! Мозг-де у машин разрушается под давлением ауры здешних стен! Идиоты и импотенты!
Крутила баранку и сердилась. Я согласно кивала в ответ.
– Почему ты так разошлась, дорогая? Наверняка он баб терпеть не может, – ухмылялась я на соседнем сиденье, утешая.
– Думаешь? – взмахнув ресницами, леди Анна тут же развернулась ко мне всем корпусом, мигом забыв про магистраль.
Я скоренько подхватила рулевое колесо и выровняла автомобиль. Ткнула в кнопку автопилота. Не повредит.
Моя подруга опомнилась, стала строго глядеть на дорогу.
– Ну?!
Она сердито требовала продолжения. В секундной близости от борта машины обогнала грузовик. Я инстинктивно втянула голову в плечи. Адреналин иглами шкалил в пальцы ног.
– Я прошерстила все закоулки Сети, перетряхнула вранье столичных сплетников и сделала заключение: Командор не педик. У тебя есть сведения? Надежные?
– Нет, – я засмеялась, – Ничего такого про пост-барона Кей-Мерера я не слышала. Ты ведь помнишь, что я слегка знакома с этим семейством? Девственная схима – их конёк.
– Блин! – тут директриса «Лучшей школы для девушек» употребила другое слово. Непечатное. Стукнула быстро себя по губам правой ладошкой. Наш взятый на прокат седан снова нырнул влево. Еще раз: – Бл…дь! Я и забыла совсем!
– Да. Не переживай, серьезная моя, скорее всего у его преосвященства случилась банальная эрекция. В этом благородном семействе встает на посторонних дам с редким постоянством, – прикалывалась я с удовольствием.
– Чего хотел от тебя Командор? – словно между прочим кинула вопрос леди Анна, отсмеявшись.
– Не скажу.
Я отвернулась и стала смотреть вбок на бесконечную серую ленту ограждения. За ней вдалеке робко зеленел лес. Весна идет.
– Может быть, ну его, – произнесла без вопроса Аня.
– Ты что?! – я снова повернула лицо к водительнице моей, – Командор предложил мне приличные деньги за несущественную услугу. Я на мели, ты же знаешь. Все супер! Ничего запредельного, все складывается донельзя удачно.
– Может быть, я могла бы…
– Нет, – я резко приговорила ее попытку мне помочь. Или влезть в события.
Моя квази мать кивнула и закрыла тему.
Мы молчали, каждая о своем, мчались резво в аэропорт.
Я смотрела, как наматывают колеса автомобиля ленту идеального дорожного покрытия, и разбегается зеленой дымкой голенький лесок по краям. Вертела разговор с храмовником так и эдак.
После изгнания леди Анны в кабинете командора Ордена возникла ожидаемая тишина.
Мы разглядывали друг друга.
Тридцать или тридцать три, не больше. Одного роста со мной, очень стройный мужчина с красивым, я бы даже сказала, аристократическим лицом. Весьма средне сшитый серый костюм никак не портит его четкую фигуру. Гладкие каштановые волосы мягкой волной распадаются в прямом проборе. Светлые глаза с зеленцой возле радужки. Ресницы густые. Брови на излете. Нос тонкий, злой, вот точно фамильный. Подбородок туда же, твердый, вперед и с ямочкой. Рот сухой, не интересный.
Человек, словно почуяв мое разочарование, сделал приглашающий жест в сторону широкого кресла-честерфилда.
– Присаживайся, – сказал командор. Перешел на «ты» ненавязчиво коротко.
Я села на самый край и закрутила ноги в двойной замок. Бесконечное и беззастенчивое внимание коричневых глаз раздражало. Платок в моей руке перестал благоухать сиренью. Выдохся?
Старший брат барона Максимуса Кей-Мерера удобно присел на широкий подлокотник честера. Ничего, что связывало бы этих двух мужчин, на первый беглый взгляд и нюх, я не обнаружила. Запах редкого дорогого столичного парфюма прилетел в мой чувствительный нос. Но на этом все. Ничего не чую сверху. Ни эмоций, ни желаний.