— Сколько там мучаются? Месяц? Три? — по моему разумению хватило бы и недели, чтобы научиться более-менее сносно крутить космическую баранку.
— Основной курс длится один год, как я слышала, — сказала Кэт, вытаскивая из толстого портфеля планшет. — Мой кузен пробыл там два, готовился к экзамену на офицерский чин. Только все это лишняя инфа, ведь девушек на летные отделения не принимают, Лолик.
Через пять минут, истыкав нетерпеливо тачскрин, мы узнали, сколько, чему и как учат в знаменитом заведении на берегу теплого Залива.
— В уставе нет пункта, запрещающего женщинам летать, — упрямо заключила я, прошерстив чуть ли не носом правила Школы, — это дискриминация и сексизм!
— Это мужской мир и традиции, Ло. Парни парят в небе. Девчата только на земле, диспетчеры и метеорологи. Школу создавали во времена Великой войны, тогда не сажали девчонок за штурвал истребителя. Может быть, так мужчины спасли красивый и отважный генофонд моей родины, — улыбнулась Китти. — съешь пончик, дорогая, и забей. Мест все равно нет, набор закончен, зачисление через три дня.
— Да как же нет! Вот серым по белому читаю: конкурсное испытание на универсальном отделении. Одно свободное место. Отправить заявку, — я нажала кнопку.
— Что ты делаешь⁈ Это же летное! — почему-то шепотом крикнула Кэт. Взволновалась. Щеки раскраснелись, глаз горит.
— Ну и что? Сейчас мы все заполним, — я пробежала глазами пункты анкеты.
Через пять минут юноша по имени Леонид Петров — шестнадцать лет, рост один метр восемьдесят сантиметров, блондин, глаза коричневые, образование домашнее, гражданство Межгалактического Содружества, характером нордический, стойкий, не женатый, — появился на свет.
— Вес прибавь, — наставляла меня подруга, — что это за парень в пятьдесят килосов? Дистрофан натуральный. Приври еще хоть полпуда! Пусть лучше будет шестьдесят. Глаза у тебя не коричневые.
Это правда, цвет радужки моих глаз имеет обыкновение меняться. Я почти научилась это контролировать, хотя всяко бывает. Сейчас они наверняка зеленые.
— Зеленые, — исправила быстренько Китти. — Кажется, все.
— Фотка! — я приблизила камеру к самому носу, взяла ниже, выпятила подбородок и сделала оловянные глаза. Чмок. С экрана на меня глядел странный тип с могучей челюстью на тонкой цыплячьей шейке.
Я не дрожащей рукой отправила форму на сайт.
С минуту мы с подруженькой смотрели друг на друга. Потом она захохотала, я следом, повалились обе на сундук. Я на самое дно, киска Китти придавила сверху. Задыхались от смеха.
Свистнул ответ. В десять часов местного времени и завтрашнего утра испытания ждали меня. На полигоне Летной школы «Имперские соколы».
— Сундук отпадает, — заметила я. — Если только он не летает. Жалко, я начала к нему привыкать.
Китти кивнула задумчиво:
— Тебе нужны деньги. Документы. И гардероб, — девушка вынула из складок широкой юбки смартфон. Они запрещены на территории Сент-Грей. Так ведь Катарина больше не ученица. — Способ переправить тебя в школу имеется. Надо как-то выйти за территорию Сент-Грей.
— Ничего нет проще, Китти. Ты просто возьмешь меня под руку, как всегда, и мы отправимся, куда захотим, гуляя, как обычно, — ответила я.
Абонент откликнулся мужским голосом. Кэт заговорила быстро в трубку на местном диалекте. Я разбирала с пятого на десятое. Что-то насчет меня и места в самолете. Судя по железному напору и властным интонациям, успех был только вопросом времени.
— Мой брат все устроит, — девушка взяла меня за руку. — Обещай мне одну вещь, Ло!
— Для тебя, детка, все, что угодно! — я засмеялась.
— Если тебе понадобится помощь, не вздумай мне звонить! — серые глаза в подсветке синего платья сделались голубыми. Моя подруга улыбалась тепло.
— Никогда! — я пожала мягкую, домашнюю ладошку подруги.
Мартовский ветер поднимал пузырем тюль на окне. Нес запах розовой пудры и далекой воды. Тепло. Мои обстоятельства складывались, как паззлы. Судьба откровенно протягивала руку. Я уцепилась…"
Глава 2 Понедельник
Разразился громкий треск и к нашей компании подкатил байкер на ховере. Весь в коже, заклепках и мокрый в глянец.
Тимоти тут же подскочил, раскрыл над прибывшим большой черный зонт. Кожаный красавец неторопливо снял себя с машины. Потом поднял забрало шлема.