Верность выбранного нами образа игры была подтверждена и во втором тайме: хотя нам и не удалось забить ещё несколько мячей, но в определённые моменты соперник не в состоянии был выбраться из-под командного прессинга — действия очень сложного, в нём ни один не должен “сачковать”, иначе всё становится бессмысленным. Когда же мы брали паузы, соперник с трудом приходил в себя. Но, не давая ему полностью отдышаться, команда вновь приступала к активным действиям. Матч с “Дуклой” в Киеве — образец ведения аритмичной игры».
Два гола Блохина, один Заварова принесли победу, которая по стандарту европейских клубов расценивается как гарантия успеха по сумме двух матчей. Мячей забитых могло быть и больше, и Лобановский, поздравив ребят, застыл в центре раздевалки, слушая, как они оживлённо обсуждают неиспользованные моменты. «Эй, компания! — воскликнул со своего места Демьяненко. — Давайте-ка лучше вспомним ситуации, когда Визек и шестой номер, Пелц, чуть не испортили нам настроение в конце. Помните, когда Витёк (Чанов) спас, а потом Серёга (Балтача)? Чехи не успокоились, поверьте мне, биться будут до конца». Демьяненко говорил редко, но всегда точно, ему никто не возразил, все, похоже, были согласны с резюме капитана.
Залихватских настроений в команде не было. Она почувствовала вкус побед, и свернуть её с этого пути было невозможно.
«Меня, — говорил Лобановский, — радовало, что в высоком игровом тонусе находились не только молодые игроки, для которых весомые успехи в новинку, они как бы оглядываются ещё, озираются и не верят собственному счастью, но и футболисты опытные, среди которых выделялся переживавший, чуть было не сказал по привычке “вторую молодость”, нет, точнее будет — очередную молодость, Олег Блохин. Он работал наравне со всеми, на поле трудился — лучшего примера не надо, забивал, его вернули в сборную, в команде как к футболисту к нему относились с уважением. Соперники — боялись. И не потому, что он 11 лет назад получил “Золотой мяч”, а потому что и сейчас, в 34 года, был полон сил, горазд на выдумку и не выпадал из коллективной игры ни на миг».
В Праге особых сложностей у «Динамо» не возникло. Обменялись голами во втором тайме и вечером в гостинице с нетерпением ждали телевизионного сообщения о том, кто же достанется нам в финале (который должен был состояться во Франции, в Лионе) — мадридский «Атлетико» или западногерманский «Байер».
Лобановский начал жить финалом с того самого момента, когда 16 апреля по чехословацкому телевидению сообщили, что соперником киевского «Динамо» стал мадридский «Атлетико», а затем и показали, как он этого добился в ответной встрече с «Байером» на поле соперника. Дома испанцы победили 1:0, и их шансы оценивались невысоко. Тем не менее уже в первом тайме они забили два мяча. Общий счёт 3:2 в их пользу. Луис Арагонес, тренировавший тогда «Атлетико», в телевизионном интервью сказал, что ещё с прошлого года не сомневался в выходе киевского «Динамо» в финал, а в успехе своей команды до поездки в ФРГ уверен не был. «Испанские команды попали в финал трёх европейских турниров, — отметил тогда Арагонес, — и нам было бы неприятно выступить хуже “Барселоны” и “Реала”».
«Несколько обстоятельств, — говорил Лобановский, — беспокоили меня, когда в ночь с 28 на 29 апреля мы поездом ехали в Москву, чтобы оттуда самолётом отправиться во Францию. Я практически не сомкнул глаз. Счастливый человек Ваня Яремчук, у него словно нет нервов. Войдя в вагон и поставив сумку, он сказал, ни к кому не обращаясь, а так, вообще: “Какая разница кого обыгрывать? Мадрид так Мадрид...” Потом добавил, выглянув на перрон: “Ох и толпа здесь соберётся 5-го утром!” Ивану действительно всё равно, против кого играть, будь то “Нива” (Винница) или московский “Спартак”, сборная Аргентины или “Атлетико”, пусть даже сборная Марса...
Я был далёк от оптимизма Яремчука из-за ряда, как уже говорил, обстоятельств.
16 апреля мы сыграли в Праге, а затем на десять дней ведущие игроки исчезли из нашего поля зрения. Сначала они поехали в Симферополь, тренировались в сборной, играли против сборной Крымской области, затем отправились в Румынию, на товарищеский матч с национальной командой этой страны (23 апреля), к нам попали 25 апреля, за два дня до важного календарного поединка со “Спартаком” в Киеве».
Заваров получил травму в Симферополе; к счастью, она оказалась лёгкой. Блохин же в своём сотом матче за сборную надорвал мышцу бедра. Травма для футболистов обычная, но для лечения требующая времени, которого, понятно, не было. Неделей здесь не отделаться. За Блохина в Киеве взялись оба динамовских доктора — Владимир Игоревич Малюта и Виктор Иванович Берковский. Дважды в день они информировали Лобановского. Ничего утешительного сообщить до отъезда не могли. Блохин не тренировался. Травму он получил на ровном месте, соперники в этот момент не атаковали. Такое бывает. В данном случае причина однозначна: перенапряжение мышцы — сказались многочисленные матчи за клуб и сборную в марте и апреле, в общей сложности 15 игр менее чем за два месяца, отсутствие необходимого для восстановления времени.