Одна лента — лента победителей, хотя на самом деле выигрышей футбольных что у Бышовца, что у Малофеева — раз-два и обчёлся. Весьма обстоятельная энциклопедия «Российский футбол за 100 лет» не даст соврать.
В победном списке Малофеева, например, — чемпионство с минским «Динамо» 1982 года, третье место с этой же командой год спустя, «серебро» с московским «Динамо» в 1986 году и выход тюменского клуба «Динамо-Газовик» в 1993 году в высшую лигу чемпионата России. Кроме того, Малофеев убеждён в том, что если бы возглавляемая им олимпийская команда отправилась в 1984 году на Олимпиаду в Лос-Анджелес, то непременно выиграла бы там турнир. Команда, однако, не поехала из-за коммунистического бойкота Игр, и потому сейчас можно говорить всё что угодно: «Не было тогда в м и р е (разрядка моя. — А. Г.) сборной сильнее, чем наша олимпийская!»
Успехи Бышовца тоже «впечатляют». Сам он утверждал ни много ни мало, что кроме него «в России достойных кандидатов на пост наставника сборной нет»! «И говорю я это, — объяснял Бышовец, — не из-за отсутствия какой-то скромности... Дело в том, что в России нет тренеров, обладающих такими знаниями и опытом, какими обладаю я. А если кому-то захочется меня раскритиковать за эти слова, то предлагаю подумать над одним вопросом: смог бы плохой тренер сделать юношескую сборную СССР вице-чемпионом Европы; сделать олимпийским чемпионом сборную СССР; вывести национальную сборную СНГ на Евро-1992; сделать чемпионом Азии сборную Кореи, с футболистами которой позже добился успеха Хиддинк на мундиале 2002 года?.. Из 70 международных матчей у меня только 6 поражений».
Либо память с годами подводит тренера, либо он сам стал верить в то, что противоречит фактам, но произнесено им не единожды. Во-первых, корейская сборная выигрывала Кубок Азии лишь в 1956 и 1960 годах, когда Анатолий Фёдорович был подростком. Лучшее достижение команды Кореи под руководством Бышовца — четвёртое место на футбольном турнире Азиатских игр в Хиросиме, где он дважды — на групповой стадии (1:2) и в матче за третье место (0:1) проиграл сборной Кувейта во главе с Лобановским, а также будущим победителям Игр — узбекским футболистам — в полуфинале (0:1). И нелепость высочайшей степени — утверждение о том, что Хиддинк добился успеха с командой, которую за шесть лет до этого успеха тренировал Бышовец и которая, вопреки его утверждению, чемпионат Азии не выигрывала.
Во-вторых, работая в сборных СССР (включая олимпийскую), СНГ и России, Анатолий Бышовец провёл 49 матчей: 24 победы, 13 ничьих и 12 (а вовсе не 6!) поражений. Разумеется, победа на Олимпиаде в Сеуле — успех, но произошло это в 1988 году. И как относиться к оглушительным 0:3 от Шотландии на чемпионате Европы в 1992 году, к последнему месту в группе и к «рекорду» среди отечественных тренеров — шести подряд проигрышам сборной России в 1998 году?
Вторая лента — лента новаторов в футбольном деле — тоже из мифологического ряда. Ничего для футбола ни Бышовец, ни Малофеев не придумали. Их работа — вторична. Не считать же придумкой высказывания Малофеева об «искреннем футболе» и о необходимости вести «каждодневную духовную обработку» игроков!
И, наконец, третья лента — лента сравнений. Непременно с Лобановским. Во многих интервью Бышовец и Малофеев так или иначе стараются сравнивать себя с Лобановским, задеть мэтра, противопоставить себя ему. И всегда забывают о том, что пребывали — и продолжают пребывать — в совершенно разных с Лобановским «весовых» футбольных категориях.
Ещё одна тренерская встреча Лобановского с Малофеевым состоялась уже после распада СССР, в отборочном турнире к чемпионату мира 2002 года.
Так сложилось, что в составе белорусской сборной играли два киевских динамовца — Александр Хацкевич и Валентин Белькевич. Украинская команда в Минске соперников превосходила во всех игровых компонентах, победила 2:0 (оба гола забил потрясающе сыгравший Андрей Шевченко), и Малофеев вину за поражение возложил на обоих динамовских футболистов — и отчислил их из сборной.
На пресс-конференции Малофеев, бушевавший в раздевалке, сообщил изумлённым репортёрам, что «за Украину в первом тайме играли двенадцать полевых футболистов».
«В перерыве, — сказал Малофеев, — у нас с Хацкевичем состоялся разговор. В порыве гнева он сказал, что больше не будет играть за сборную. Белькевич ничего не сказал, опустил голову. Сегодня эти футболисты страшно нарушали игровую дисциплину. А ведь они — основная движущая сила нашей команды. Так поступать нельзя. Это предательство. Позор, страшный позор...»