Энни допила чай и почувствовала, как приятная, владеющая ей тяжесть охватывает конечности. Усталость, которую она отгоняла весь день, наконец накрыла с головой, но теперь это был не изматывающий упадок, а зов долгожданного покоя.
— А ты? — спросила она, с трудом поднимаясь со стула.
— У меня еще есть дела, — ответил он, и в его голосе снова появилась привычная сталь. — Крепости не строятся сами. Спокойной ночи, Энни.
Он не проводил ее. Он просто остался стоять у стойки, наблюдая, как она, послушная магии горного чая и его воле, покидает кухню. Это тоже была часть заботы — дать ей пространство, не давя присутствием.
Энни дошла до своей комнаты, едва помня путь. Браслет на запястье был прохладным и успокаивающим напоминанием. Дверь бесшумно закрылась за ней. Она не стала даже переодеваться, просто сбросила ботинки и упала на кровать, накрывшись тяжелым, мягким одеялом.
Впервые за много дней сон Энни был глубоким и без сновидений. Она проснулась за час до будильника — её внутренние часы, настроенные годами учительствования, сработали безотказно. В теле не было привычной утренней дрожи. Была лёгкая одеревенелость от необычного положения, но ум был ясен, как горное озеро. Она лежала, прислушиваясь к тишине убежища, и только сейчас осознала, насколько мастерски Эрик её успокоил. Он дал ей не просто отдых, а перезагрузку.
Она приняла быстрый душ, вода смыла остатки напряжения. На стуле, как и предполагалось, лежала её одежда — тёмная, прочная, тактическая, явно подобранная с учётом её размеров. И поверх неё — лёгкий, но прочный защитный жилет, тоже матово-серого цвета, без опознавательных знаков. Под жилетом, в специальном кармашке, лежала всё та же фляга с остатками дымного чая. Браслет холодным обручем сидел на запястье.
Когда она вышла в коридор, уже одетая и собранная, там царила сосредоточенная тишина. Все были в сборе. Эрик в своём красном плаще и шлеме, Джин в чёрном обтягивающем костюме, Хэнк в форме Зверя, проверяющий последние данные на планшете. Логан стоял чуть в стороне, оттачивая коготь о другой, его взгляд был тяжёл и непроницаем.
Чарльз, увидев Энни, кивнул. На его лице читалась усталость, но голос был твёрд.
— Последний инструктаж. Мы садимся в «Дрозд». План «Альфа» остаётся в силе с поправками, внесёнными Энни. Помните: наша цель — спасение, не уничтожение. Но если «Чистое Общество» окажет сопротивление… действуйте по ситуации. Энни, ты остаёшься с Хэнком в командном пункте. Твоя задача — наши глаза и уши. Вопросы?
Вопросов не было. Атмосфера была наэлектризована тихим, смертельным спокойствием профессионалов перед прыжком в неизвестность.
Когда они поднялись по трапу в «Чёрный дрозд», Логан шёл прямо за Энни. В тесном грузовом отсеке, пока остальные занимали свои места, он вдруг повернулся к ней. Без единого слова, с сосредоточенным, почти отстранённым выражением лица, он начал проверять её экипировку.
Его большие, грубые руки скользнули по лямкам её рюкзака, убедившись, что они плотно затянуты и не соскользнут. Он проверил застёжки на жилете, потянул за ремни, оценивая их прочность. Его пальцы нащупали карманы, убедившись, что аптечка и фляга закреплены надёжно. Он даже присел, чтобы проверить шнуровку её ботинок, и туго перетянул их, не глядя ей в лицо.
Энни стояла, затаив дыхание. Это не была фамильярность. Это был ритуал. Ритуал воина, проверяющего снаряжение своего собрата перед боем. В его движениях не было ни намёка на прежнюю насмешку или агрессию. Была только предельная концентрация и какая-то странная, суровая забота.
Закончив с обувью, он выпрямился и взглянул ей прямо в глаза. Его взгляд был жёлтым и нечитаемым.
— Не отставай от Хэнка, — хрипло бросил он. — И не лезь, куда не просят.
Это было всё. Он развернулся и грузно опустился на своё сиденье, пристёгивая ремни.
Полет прошел в напряженной, гулкой тишине. Каждый был погружен в свои мысли, проверяя оружие или прокручивая в голове этапы плана. Энни сидела рядом с Хэнком, её пальцы бессознательно перебирали холодный металл браслета.
«Черный дрозд» приземлился на окраине заброшенного промышленного района с призрачной точностью. Воздух снаружи был спертым и пах ржавчиной, пылью и чем-то химически-сладковатым. Команда бесшумно растворилась в предрассветных сумерках. Чарльз и Эрик ушли на восток, создавать отвлекающий шум. Логан и Джин, как два теневых хищника, скрылись в зияющем черном проеме главного цеха.