Логан резко шагнул вперёд, но она подняла руку.
— Не надо. Мне тоже страшно. И мне... — глубокий вдох, — не нужны эти игры. Выходи.
Его брови дёрнулись, будто он ждал чего угодно, но не этого.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Покинув комнату, Логан замер в коридоре, прислонившись к стене. Тишина. Только его собственное дыхание, тяжелое и неровное, нарушало покой ночи. "Она меня... послала?" Это было настолько неожиданно, что он даже не сразу осознал. В его голове медленно прокручивались последние минуты: ее холодный взгляд, ровный голос, жесткое "Выходи". И самое странное — она вела себя точь-в-точь как он сам все это время.Отстраненно. Безразлично. Будто между ними ничего не было. "Это... мое же оружие."*Логан провел рукой по лицу, чувствуя, как по его телу разливается странное, непривычное чувство. Она просто дала ему его же лекарство* И черт возьми, оно было горьким. Он медленно сполз по стене, опустившись на пол в темном коридоре. Где-то в доме смеялись гости, музыка все еще играла, но здесь, у ее двери, было тихо. "Так вот как это — когда тебя отталкивают." Ирония ситуации не ускользнула от него. Но больше всего его поразило другое — она не кричала, не плакала, не умоляла. Она просто... приняла его правила. Играла по ним. И выиграла. Логан закрыл глаза, чувствуя, как в груди разливается что-то новое — уважение. Она оказалась сильнее, чем он думал. И теперь... Теперь ему предстояло решить — готов ли он наконец перестать бежать.
На следующей день, был большой праздник,открывался новый корпус школы, он блестел на утреннем солнце, а Энни в строгом голубом платье казалась воплощением деловой неприступности. Ее улыбка для гостей была безупречна, но те, кто знал ее близко, замечали - пальцы слишком крепко сжимали папку с бумагами, а в уголках глаз застыла тень вчерашней ночи. Логан появился внезапно, как всегда. — Нужна помощь? — его голос звучал неожиданно мягко для его грубоватой натуры.
Она вздрогнула, едва заметно, но быстро взяла себя в руки.
— Если не сложно, — ответила ровным, вежливым тоном, каким говорят с малознакомыми коллегами. — Вот списки новых студентов. Можно разнести по кабинетам.
Он взял папку, их пальцы случайно соприкоснулись — она тут же отдернула руку, будто обожглась
. — Энни..
. — Спасибо за помощь, — перебила она, уже поворачиваясь к группе родителей. — Кабинет 203 на втором этаже.
Логан замер с папкой в руках, наблюдая, как она легко улыбается незнакомцам, смеется над чьей-то шуткой — и ни разу не смотрит в его сторону. Это было... невыносимо. Весь день Логан был рядом— ненавязчиво, но неотступно. Помогал расставлять стулья в актовом зале, носил коробки с учебниками, провожал заблудившихся первокурсников по новым коридорам. И всё это — молча. Только взгляд, который она чувствовала на себе всякий раз, когда отворачивалась. А когда последние гости разошлись, и школа опустела, он вдруг оказался на кухне в учительской — именно в тот момент, когда Энни, по привычке, поставила чайник. Она вздрогнула, увидев его в дверном проёме.
— Ты что здесь делаешь?— спросила, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Чай хотел. Она не поверила, но промолчала, развернувшись к шкафу за чашками. Тишина. Затем — резкий вдох, лязг ножа о разделочную доску. Энни обернулась — и увидела, что Логан, якобы нарезая яблоко, раскроил себе ладонь. Кровь хлынула на стол.
— Чёрт! Она бросилась к нему, забыв про обиду, про холодность, про всё. Схватила его за запястье, прижала салфетку к порезу.
— Как ты мог так порезаться?! Давай сюда, нужно промыть, перевязать.
Логан не смог сдержать улыбку, когда Энни резко замолчала, осознав свою оплошность. Её пальцы всё ещё сжимали его запястье, но теперь не из-за паники, а от досады на саму себя.
— "Да, забыла," — пробормотала она, отводя взгляд. Капли крови уже перестали сочиться, но её собственные пальцы дрожали. Он перевернул ладонь вверх, медленно сомкнув её вокруг её руки.
— "Спасибо," — сказал он тихо
. — "За что? За то, что запаниковала из-за царапины?" — она попыталась вырваться, но он не отпускал. Энни резко отдернула руку, но Логан не отпустил — его пальцы мягко сомкнулись вокруг её запястья, удерживая с почтительным, но твёрдым нажимом.
— "Не надо," — она потянулась к полотенцу на столе, чтобы вытереть остатки крови, но он перехватил её движение.
— "Позволь мне." Он взял полотенце сам, медленно промокнул её пальцы — хотя на них не было ни капли. Энни почувствовала, как жар разливается по щекам.