Беда современной молодежи еще и в том, что нужно как можно раньше определиться с тем, что ты хочешь делать в жизни. Конечно, ты в детстве можешь не знать то, чем конкретно хочешь заниматься в будущем, но примерную область промышленности или хотя бы сферу деятельности нужно определять уже в раннем возрасте, если ты, конечно, хочешь добиться какого-то если не успеха, то статуса. Все усложняется еще и тем, что развитие ИТ-технологий идет в невероятном темпе, а количество информации для усвоения просто огромное. Кроме того, оно увеличивается чуть ли не с каждым днем. Время не ждет и развитие несется семимильными шагами. Поэтому, чем позже ты начинаешь, тем меньше возможностей у тебя остается.
Мало того, чтобы иметь обеспеченное будущее и заниматься тем, что ты хочешь, нужно быть не просто развитым, а очень продвинутым. У меня в лаборатории работает около пятидесяти человек. Их возраст не превышает двадцати восьми лет. Многие из них просто гении. Когда я иногда их слушаю или разбираю их решения, то у меня у самого часто в голове возникает мысль, что я уже не понимаю того, что они мне объясняют. Чтобы попасть в нашу — вернее их команду, нужно не просто пройти квалификационный отбор у нашего кадровика и у меня. Нужно, чтобы команда утвердила эту кандидатуру. И последнее слово остается за ними. Они проводят главное собеседование с кандидатом и не раз бывало так, что команда говорила мне: «Увы!» и я его не принимал.
Лично мне повезло. Я родился во время миллениума, когда уже началось внедрение в жизнь того, что подготавливалось на протяжении почти всей второй половины двадцатого века. Меня с детства занимало все, что было связано с информационными технологиями, робототехникой, андроидами и вообще со сферой искусственного интеллекта. Я в двенадцать лет прочитал почти всего Айзека Азимова и других писателей-фантастов, пишущих на подобную тему. Я не раз пересмотрел практически все фильмы об искусственном интеллекте и роботах. Поскольку с информатикой и математикой у меня не было проблем, то я без особого труда поступил и закончил Высшую школу интеллектуальных систем и суперкомпьютерных технологий в нашем Политехе. После окончания меня приняли в одну из лабораторий нашей компании и вот теперь я ее главный инженер.
Глава VI
Итак, до сегодняшнего дня у меня на работе все было хорошо. Конечно, случались разные проблемы с нашими разработками, но они были в основном технического характера. Мы находили ошибки в программах или алгоритмах, исправляли их, доводили наше изделие до ума и все работало, как нужно. Теперь же я себе просто не представлял, что с этим можно сделать. Вопрос не в том, хорошо или плохо работает наш искусственный интеллект. Он вообще работает просто замечательно. Вопрос в том, что он выдает такие решения, к которым ни я, ни наши ученые, ни даже образованное общество не готовы и никто в нашей лаборатории не может что-то исправить в его мозге-процессоре, чтобы он изменил свой вывод.
Впрочем, пока я не хотел советоваться с ребятами. Сначала мне самому нужно было выяснить то, почему он так думает. И честно говоря, чем дольше я слушаю наше изделие, тем логичнее для меня становятся его доводы. Не к чему придраться. Консультироваться с кем-то из научной среды бессмысленно. Я даже со своим бывшим научным руководителем не могу посоветоваться. С одной стороны, нужно бы было как-то объяснить причину моих вопросов и раскрыть некоторые детали, а, с другой стороны, наша машина использует такую огромную базу научных данных, которую ни один профессор не в состоянии переработать за несколько своих жизней. Ученый совет НИИ при Академии наук именно поэтому заказал у нас такого ассистента.
Впрочем, они сами признаются в том, что в интернете ежедневно публикуются сотни научных статей на разных языках, посвященных вопросам физики, химии, астрофизики, биологии и так далее, в которых описываются и обсуждаются новые данные исследований, экспериментов, разработок, теоретических концепций и тому подобное. Они объясняют, что объем таких публикаций растет настолько быстро, что уже нет возможности следить за всем этим и быть ознакомленным хотя бы вкратце с тем, что делается в физике, не говоря уже о том, чтобы быть в курсе того, что происходит в смежных дисциплинах.